- Есть ли в этом зале вообще господа, не имеющие претензий к обвиняемой? – с еле скрываемой усмешкой вымолвил Вединер, и его голос будто тупым ножом разрезал пелену размышлений. Сепфоре было сложно стоять, сложно думать и воспринимать. Но необходимо было терпеть. – Я так понимаю, нет, - даже те аристократы, что перешли на сторону Дана, смолчали, боясь пойти против повелителя. – Значит, я вновь повторю уже задаваемый сегодня вопрос, - дождавшись тишины, холодно выговорил Вединер. – Сепфора Крейсторф, признаешь ли ты собственную вину?
- Я не… не убивала свою… мать, - запинаясь, ответила девушка. И почему-то стало отчаянно жаль Тариссу. Да, при жизни женщина совершила много ужасных поступков, но умереть от руки родной дочери?
- Прислуга видела тебя той роковой ночью, ошибка невозможна, - продолжил Господин, непрерывно наблюдая за Даном и ожидая какого-то подвоха. Не мог воин созвать суд, не имея веских оснований.
- Это была не я, - собравшись с силами, твердо произнесла обвиняемая. – В тот день… - растерявшись, она слегка обернулась в сторону бывшего учителя. – Я…
- Она была со мной, - тут же вмешался молодой граф Жасари. – Весь вечер и всю ту ночь мы провели вместе, - по залу сразу понеслись перешептывания. – И это как раз то, что вы подумали.
Псефора моментально обернулась в сторону повелителя, тот также напрягся, не ожидая подобного поворота событий.
- Ты хоть понимаешь, в чем сейчас признаешься? – решив перевести обвинение в иное русло, гневно проговорил Вединер.
- Разумеется, - ровным голосом вымолвил Дан, ну вот и пришло время для решительных действий. – Обвинение Сепфоры в убийстве касается и меня непосредственно, - переведя взгляд на Псефору, он продолжил: - Я не допущу, чтобы моя супруга была наказана вместо настоящего убийцы.
- Что?
- Не может быть!
- Как же так?!
Возмущение, непонимание, злость – все перемешалось в людской толпе, превратившись в неразборчивый гул. Переведя взгляд на правителя и его новую пассию, Дан усмехнулся – это была самая настоящая победа.
- Даже если она стала твоей женой…
- Наш союз состоялся как раз в тот вечер. Перед ликом Богини мы поклялись друг другу в любви, а затем провели ночь вместе, - на щеках Сепфоры вспыхнул румянец от услышанных слов, хотя они и являлись частичной выдумкой, а вот Дан оставался на редкость спокойным. – Опять-таки, я понимаю, что необходимы доказательства, но обстоятельства нашей личной жизни не собираюсь раскрывать всем. Готов поделиться частью воспоминаний, исключая самые откровенные, с нашим мудрым Господином, - с изрядной долей сарказма предложил мужчина. – И еще двумя верными подданными.
- Полагаю, всего двоих будет достаточно, - поднялся Каэрто, погасив еще не разгоревшиеся споры. – Это дело семейное, не стоит посторонним вмешиваться, - младший граф удивился решению отца, но возражать не посмел.
Сепфора наблюдала за всем со стороны, совершенно не вмешиваясь и лишь изредка бросая взгляды на Вединера и сестру. Они оба злились, но были бессильны. Псефора явно не предусмотрела варианта, что Дан готов зайти настолько далеко - до варианта с браком. Да сама Сепфора никогда бы о таком не додумалась и не решилась бы.
- Значит, правда… - вывел из размышлений обвиняемую голос Каэрто.
- Все услышанное вами, господа, является действительностью, - громко произнес Вединер, стараясь не смотреть на Псефору. Он чувствовал гнев, ярость. Девушка явно еле сдерживалась. – Несмотря на слова прислуги, Сепфора на самом деле не могла присутствовать на тот момент в замке. Хотя брак между двумя знатными родами и не был подтвержден официально, его запечатлели боги. Мне остается лишь отдать приказ о записи этого события в архивы. Касательно обвинения в убийстве герцогини Тариссы… - Господин ненадолго замолчал, а затем жестко продолжил, подводя итог: - Девушка свободна. Судебный процесс по данному вопросу завершен, теперь начнем искать истинного виновника.
- Но зачем иск… - попыталась вмешаться сама Сепфора, но была остановлена младшим графом Жасари.
- Это прекрасная идея, повелитель, - слегка поклонившись, мужчина взял под руку бывшую ученицу и тихо прошептал: - Не сейчас, - она нехотя кивнула и мельком посмотрела в сторону кресла Господина. Ее сестра по-прежнему сидела на месте.