- Я Вас не понимаю, - внятно сказал Сергей, и указал пальцем на темно-красные, пухлые, словно спелая вишня, губы девушки, после на свои уши, а в конце скрестил указательные пальцы. Вербальное общение, все же, никто не отменял.
После речи пациента, на лице врачевательницы отразилось неподдельное удивление, но когда тот разъяснил все при помощи жестов, она понимающе кивнула и, что-то сказав, с теплой улыбкой укрыла парня одеялом, прожестикулировав ему “лежи тут, я сейчас вернусь”, быстрым шагом удалилась из комнаты.
- Да где это я? Что происходит? - устало спросил парень, однако понимал что чтобы услышать ответ придется подождать.
Прошло еще 2 дня, в течение которых пантомимы пришлось повторять несколько раз. Самочувствие заметно улучшилось, он медленно шел на поправку, но вставать было невыносимо тяжело: боль в мышцах, очень сильно кружилась голова, подгибались ноги и то и дело парень заходился в кашле. Передвигаться он мог лишь изо всех сил опираясь на кровать, или лекарку, которая ни за что не хотела покидать палату, ссылаясь на слабость пациента. Использовать же ведро, что ему принесли, так как до ближайшего туалета он бы точно не дошел, по назначению, в присутствии девушки было настолько стыдно, что после этого он едва мог смотреть ей в глаза.
Спустя пять дней с того момента, как Сергей по-настоящему пришел в себя, парень уже в значительной мере оправился и мог самостоятельно передвигаться, хотя о полном выздоровлении речь еще не шла. Тем не менее, если поначалу его настойчиво кормила врач, то уже сейчас он убедил девушку что вполне может проделывать сей процесс и без посторонней помощи, хотя в рационе так и остались какие-то супы со странным послевкусием и травяные чаи. Пребывая в этой палате уже около недели, он почувствовал себя так, будто скован цепями, так что с возвращением части своих сил тут же решил прогуляться по дворику, но присматривающая за ним целительница запретила выходить, извиняющимся тоном что-то при этом объясняя. Спорить Сергей не стал, однако ему было досадно наблюдать покачивание травы, цветов и пышных крон деревьев лишь через окно. А ведь так хотелось вздохнуть полной грудью свежий, сладковатый воздух, и ощутить на своей коже прикосновения ветра.
Идею о том, что он лежит в какой-то больнице после аварии пришлось откинуть сразу же, как целительница сменила при нем повязки, обнажив затягивающиеся раны от когтей зверя. Сергей, пораженный зрелищем, попросил у лекарки бумагу - ему хотелось узнать сколько времени он провел в лазарете. Начертив на бумаге горизонтальную линию. кругляшок солнца справа и стрелочку, указывающую на запад., он вопросительно уставился на девушку. Ответом ему была маленькая ладошка с растопыренными пальцами. Пять. Пять. Пять дней.
- Надо привести мысли в порядок, - прохрипел парень вслух, все еще дыша с трудом, - я умер, и сразу чуть не погиб снова. Меня спасли какие-то люди, лиц их я не видел, и язык их мне не знаком. Тут присутствует примитивная медицина, но никаких шприцов или таблеток. Прошло всего пять дней с начала моего лечения, а раны уже почти затянулись...А еще, еще тут есть… ммм..маг… Магия?
Произнеся эту фразу вслух, Сергей почувствовал себя довольно неловко, ведь он действительно поверил в эту самую магию, а на земле над этим могли только насмехаться. Но, если брать в учет все события, произошедшие с ним недавно, в нее поверить было не так и сложно.
На следующий день его посетила не одна знакомая уже ему лекарь, которая ухаживала все это время за Сергеем, с ней пришла еще одна женщина. Было она. пожалуй, одного возраста с Сергеем, однако в ее глазах читалась такая мудрость, словно ее жизненная отметка давно перевалила за все 80. Одета она в свободную шелковую блузу, заправленные в узкие кожаные штаны и перетянутую черным атласным корсетным ремнем. Ее блестящие. коротко стриженные, каштановые волосы едва достигали подгородка. Темные, как крепкий черный чай, внимательные карие глаза, длинный тонкий нос, не покидающая губы полу-улыбка - она была красива, какой-то загадочной, строгой красотой.
Подойдя к парню, она приложила руку к его груди и, прикрыв глаза, будто бы вгляделась куда-то внутрь него. Утвердительно кивнув по истечению нескольких секунд, она слегка отстранилась от раненого, после чего принялась расспрашивать его о чем-то на все том же неизвестном языке. Сергей вздохнул и покачал головой.
- Поймите, уважаемые дамы, я и сам бы крайне заинтересован в общении с вами, и языковой барьер является слишком большой преградой для этого.