В душе Уэндовера росла решимость сделать все возможное, чтобы нарушить планы Армадейла.
А поздним вечером приход посыльного пробудил в нем новые страхи.
— Номер восемьдесят девять! Номер восемьдесят девять! — выкрикивал мальчишка. — Номер…
— Сюда, мальчик! — отозвался сэр Клинтон. — В чем дело?
— Вы сэр Клинтон Дриффилд, сэр? Послание от мистера Каргилла, сэр. Он просит вас подняться к нему. Его номер — сто три, сэр.
На лице сэра Клинтона появилась гримаса раздражения.
— Скажите ему, что, если он хочет меня увидеть, пусть спускается. Я играю в бридж.
Мальчика явно обрадовала возможность оглушить его сенсационной новостью:
— Простите, сэр, но он не может прийти. Он в постели. В него стреляли. Миссис Флитвуд привезла его в своей машине несколько минут назад, сэр, и его пришлось нести в комнату на руках. Уже послали за доктором.
Сэр Клинтон отложил карты и кратко извинился перед партнерами за прерванную игру.
— Тебе лучше пойти со мной, старина. В любом случае, партию мы уже нарушили.
В сопровождении Уэндовера он направился в номер Каргилла. Он лежал в постели, явно страдая от сильной боли. Его щиколотка была грубо забинтована.
— Мне очень жаль, что с вами случилась беда, — сочувственно проговорил сэр Клинтон, наклоняясь и рассматривая повязку. — Пожалуй, до приезда доктора сойдет. Кто накладывал бинт?
— Миссис Флитвуд, — ответил Каргилл. — Похоже, она кое-что знает об оказании первой помощи.
К большому удивлению Уэндовера, сэр Клинтон не стал задавать вопросов, а молча ждал объяснения. Каргилл снова заговорил:
— Я послал за вами, потому что вы тут король полицейских, а чем скорее полиция найдет мерзавца, который пытался меня прикончить, тем лучше. Да и то обстоятельство, что один из постояльцев через неделю после приезда оказался в постели полумертвый, отелю хорошей рекламы не делает.
— Верно. Полагаю, вы расскажете нам, что случилось.
Каргилл, казалось, понял, что начало его рассказа едва ли можно назвать изящным.
— Мне немного больно, и, возможно, я излишне сварлив. Но этого достаточно, чтобы кого угодно вывести из себя! Так вот что случилось. Сегодня вечером, после обеда, я направился через бухту к коттеджу Флэтта навестить своего друга Фордингбриджа. Мы немного посидели, поиграли в карты. А потом я решил, что, пожалуй, пора возвращаться. Так что я распрощался с ними…
— Кто еще там был? — перебил его сэр Клинтон.
— Фордингбридж и Биллингфорд, — ответил Каргилл. — Итак, я с ними попрощался и пошел домой…
— А кто-нибудь видел, как вы уходили из отеля? — снова вмешался сэр Клинтон.
Каргилл покачал головой.
— Мы с Фордингбриджем старые приятели, так что он не стал провожать меня до двери. Я надел шляпу и пальто и, выходя, грохнул дверью, чтобы они поняли, что я вышел. И пошел по этой их грязной дороге.
— Вы не заметили, чтобы за вами кто-то следовал?
Каргилл на секунду задумался.
— Конечно я специально не смотрел, но не думаю, чтобы позади кто-то был. То есть ничего такого мне не запомнилось, понимаете?
Сэр Клинтон кивком попросил его продолжать.
— Добравшись до дороги, я повернул к отелю. И в тот момент я действительно заметил, что за мной кто-то идет. Сначала я услышал шаги. Через пару ярдов я обернулся — знаете, просто так, без определенных намерений. Но ночь стояла пасмурная, и луна почти не светила. Я смог разглядеть лишь фигуру, крадущуюся позади, примерно в паре дюжин ярдов от меня.
— Полагаю, у вас нет никаких догадок насчет того, кто это мог быть? — спросил сэр Клинтон.
— Даже предположить не могу. Я решил, что это, возможно, кто-нибудь из постояльцев, и немного притормозил, чтобы дальше идти в компании. Ведь никто, кроме постояльца гостиницы, не мог идти в этом направлении в такой поздний час. А следующее, что я услышал, — звук приближающихся шагов и треск выстрела, и я рухнул на землю с пулей в ноге.
— Докуда вы успели к тому времени дойти?
— Думаю, я был примерно в пятидесяти ярдах от дорожки к коттеджу Флэтта. Но днем вы без труда отыщете это место. Из меня вытекло много крови, и на дороге, где я свалился, ее должно быть предостаточно.
— А что случилось потом?
— Ну, я довольно сильно удивился, — сухо проговорил Каргилл.
— Это довольно естественно в таких обстоятельствах, — так же саркастически заметил сэр Клинтон. — Что вы подумали о происшедшем?
— Я ничего не понял, — ответствовал раненый. — Понимаете, мне здесь все совершенно незнакомо. Фордингбридж — единственный человек в округе, с которым я встречался и раньше. Никто из тех, кого я знаю, не имел причин затаить на меня злобу. Вот что больше всего меня удивило! — Он помолчал, очевидно все еще пытаясь найти разгадку. — И удивляет до сих пор, — продолжал он, прекратив бесплодные раздумья. — Но в тот момент мне было некогда размышлять. Вскоре я услышал, как шаги приближаются. Ну и страху я натерпелся, скажу я вам! Было похоже, будто тот парень решил подойти поближе и закончить свою работенку. Он, должно быть, чертовски плохой стрелок. Или темнота ему помешала. Но я вовсе не желал, чтобы он засунул дуло мне в ухо! И я завопил. — Каргилл поморщился: придя в волнение от собственного рассказа, он бессознательно дернул раненой ногой. — Похоже, это меня и спасло, ведь я, разумеется, не мог встать и уж тем более удрать. Думаю, шум, который я поднял, вспугнул мерзавца. Понимаете, в коттедже Флэтта меня услышали, да и на дороге могли оказаться люди. Так что этот парень, похоже, развернулся и убежал. Я тем временем продолжал изо всех сил вопить — это казалось в тот момент самым разумным. И тут, на пересечении главной дороги с тропинкой к дому Флэтта, послышался громкий звук клаксона, и через секунду из темноты вынырнули два огня.