Рингвуд повиновался, и снова где-то в глубине дома раздался звон массивного гонга.
— Да это кого угодно разбудит! — проговорил он с нервной ноткой в голосе. — Это у меня уже второй случай за сегодняшний вечер. И мне это не слишком по душе.
Они подождали еще пару минут, однако к двери по-прежнему никто не шел.
— Это не вполне соответствует закону, — сказал наконец сэр Клинтон, — однако мы должны как-нибудь попасть внутрь. В крайнем случае отговоримся тем, что вы беспокоились о пациентке. Подождите здесь, а я посмотрю, что мы можем предпринять.
Он сбежал по ступенькам и растворился в тумане. Прошло несколько минут. Внезапно в холле зазвучали шаги. Дверь отворилась, и сэр Клинтон кивком пригласил доктора войти.
— Похоже, дом пуст, — торопливо проговорил он. — Стойте здесь и смотрите, чтобы мимо вас никто не проскочил. А я для начала осмотрю первый этаж.
И он двинулся в глубину холла, зажигая все огни, распахивая двери и бегло оглядывая каждую комнату.
— Здесь — ничего, — сообщил он и направился в сторону кухни.
Доктор Рингвуд услышал его удаляющиеся шаги и затем, после короткого промежутка, грохот захлопнувшейся двери и лязг засова. Через минуту вернулся сэр Клинтон.
— Там кто-то прятался, — коротко проговорил он. — Это его я тогда услышал. Задняя дверь была открыта.
Доктор Рингвуд почувствовал, что совершенно перестал понимать что бы то ни было.
— Я надеюсь, это не та чертова служанка решила с перепугу унести ноги! — воскликнул он, начиная бояться, что допустил преступную халатность по отношению к пациентке.
— Бесполезно даже пытаться отыскать кого-то в этом тумане, — признался сэр Клинтон, в свою очередь проявляя профессиональное бессилие. — Кто бы ни был этот человек, ему удалось сбежать. Давайте осмотрим верхний этаж, доктор.
Первым подойдя к лестнице, сэр Клинтон щелкнул выключателем, однако, к большому удивлению доктора, свет наверху не загорелся. Сэр Клинтон вытащил из кармана фонарь, поспешно взбежал на верхнюю площадку, свернул к следующему пролету и вдруг издал сдавленный возглас. В тот же самый момент этажом выше пронзительный голос разразился потоком бессвязных фраз.
— У больной девушки начался бред, — догадался доктор Рингвуд и ускорил шаг. Но достигнув площадки, он замер, потрясенный открывшимся перед ним зрелищем. Сэр Клинтон стоял у нижней ступеньки, склонившись над темной, бесформенной грудой, в которой доктор, приглядевшись, узнал служанку, свою недавнюю собеседницу.
Голос сэра Клинтона вывел его из оцепенения:
— Доктор, посмотрите, ей еще можно помочь?
Рингвуд подошел ближе и тоже склонился над телом. Луч фонарика заплясал на застывших чертах. С верхнего этажа между тем снова донесся голос больной девушки, перешедший в жалобное бормотание.
С первого же взгляда доктору стало ясно, что помощь несчастной уже не нужна.
— Можно было бы попробовать сделать искусственное дыхание, но мы только время зря потеряем. Она задушена, и весьма умело.
Лицо сэра Клинтона потемнело, голос же сохранил бесстрастие:
— Тогда вам лучше подняться и присмотреть за той девушкой наверху. Ей, похоже, очень плохо. Об остальном я позабочусь.
Доктор Рингвуд механически взялся за выключатель и ощутил некоторое бессознательное удивление, когда свет зажегся.
— А я-то думал, пробки перегорели, — вырвалось у него.
Оставшись в одиночестве, сэр Клинтон направил луч фонарика на светильник, привинченный над площадкой, и практически без удивления увидел, что лампочки в нем нет. В результате краткого осмотра лампочка обнаружилась тут же, на ковре. Сэр Клинтон осторожно подобрал ее и осветил фонарем, однако, как он и предполагал, никаких свежих отпечатков на ней не оказалось. Так же осторожно отложив ее, сэр Клинтон вошел в освещенную спальню и вывернул лампочку из выключенного светильника.
Вернувшись на площадку, он стал оглядываться в поисках какой-нибудь высокой подставки. Единственным, что ему удалось найти, оказался небольшой столик в углу площадки, кое-как накрытый измятой скатертью. Подойдя поближе, сэр Клинтон внимательно к нему пригляделся.
— На нем кто-то стоял, — отметил он. — Но следов здесь мне не найти. Скатерть слишком толстая, чтобы через нее могли отпечататься подошвы.
Не прикасаясь к столику, он вернулся в спальню, вынес оттуда другой столик и, взобравшись на него, благополучно вкрутил лампочку. Она, однако, светить отказалась, и сэру Клинтону пришлось спуститься в холл и еще раз повернуть выключатель, прежде чем над лестницей наконец-то загорелся свет.