— Да, что-то в этом роде.
— Хм! Ну, это не хуже любой другой версии. А интересно… Миссис Силвердейл, насколько я успел заметить, не похожа на завзятую наркоманку, но ведь она могла быть начинающей. В результате чего и приняла слишком большую дозу. Зрачки у нее были сильно расширены. Такого не случается с теми, кто нюхает морфий или героин, но она могла быть кокаинисткой… Да, этот ваш метод заставляет мозги работать, сэр. Сколько новых гипотез рождается!
— Что ж, тогда подумайте еще немного, инспектор. Вариант восьмой: Хассендин покончил с собой, а миссис Силвердейл убили.
— Тут мы снова натыкаемся на отсутствие мотива, сэр. Я бы хотел обдумать это попозже.
— Тогда вариант номер девять: его убили, а она покончила с собой. Как насчет этого?
— Позвольте разобрать по пунктам, сэр. Во-первых, если Хассендина убили, то сделала это либо миссис Силвердейл, либо кто-то третий. Если убила миссис Силвердейл, то убийство она продумала заранее, да еще и приготовила дозу яда, чтобы немедленно после смерти Хассендина покончить с собой. Если же преступление совершил некто третий, миссис Силвердейл могла покончить с собой от ужаса, испугавшись того, что этот некто третий может сделать с нею самой. Но это снова означает, что яд она привезла с собой. К тому же этот третий участник, очевидно, должен был питать весьма сильную злобу против них обоих. Это один подход. Но есть и другой. Представьте, что эти двое договорились вместе покончить с собой. Для этого миссис Силвердейл привозит яд с собой, но прежде чем Хассендин успевает проглотить свою порцию, на сцене появляется некто третий и пристреливает его. Такая версия тоже возможна.
— И некто третий, по каким-то собственным, непостижимым причинам, заботливо уносит с собой неиспользованную порцию яда. Так?
— Хм! Звучит глупо!
— Конечно в нашем мире случается невероятное, — продолжал сэр Клинтон. — Я не приверженец поисков железной логики в преступлениях. Тем более, что это вещь весьма редкая.
Флэмборо снова вытащил блокнот и списал в него предложенную шефом таблицу.
— Потом я еще поразмыслю над этим, — пообещал он, справившись с работой. — Поначалу ваша идея не произвела на меня особого впечатления. Но в конце концов она принесла результат. Теперь у меня и в самом деле имеются несколько версий, достойных изучения.
— А теперь давайте взглянем на факты с иной точки зрения, — предложил сэр Клинтон. — Итак, молодой Хассендин и миссис Силвердейл находились в гостиной летнего домика. Под боковым окном мы обнаружили чьи-то следы, к тому же кто-то разбил стекло в окне фасада. Кстати, инспектор, когда вчера вы обыскивали одежду молодого Хассендина, обнаружили ли вы связку ключей?
— Там было несколько ключей — ключ от дверей Иви-Лоджа, то есть ключ от американского замка, и еще пара ключей.
— Вам придется выяснить, имеется ли среди них ключ от летнего домика. Ведь если его там нет, Хассендин мог разбить стекло, чтобы попасть в дом. Но я почти уверен, что это сделал не он. Он приезжал в летний домик еще днем: привозил цветы и готовил дом к появлению гостьи. Крайне маловероятно, чтобы он явился в летний домик без ключа от парадной двери.
— Я уточню, — заверил его инспектор.
— А пока давайте примем как рабочую версию, что разбитое стекло — дело рук третьего участника. Как бы вы развили эту мысль?
— А тут может быть только один вывод, — заявил инспектор. — Под боковым окном стоял некто, кого вы окрестили Любопытным Томом. А у окна фасада стоял другой человек, который так разволновался, что вломился в комнату. Вы же не станете утверждать, что обе эти роли исполнял один человек, сэр? Какой смысл Любопытному Тому переходить от своего окна к окну фасада, чтобы разбить его? Ведь для этого сгодилось бы любое!
— Нет, я не стану этого утверждать, — задумчиво проговорил сэр Клинтон. — Это мне в голову не приходило. Я просто размышлял о том, каким путем попал в дом господин Судья.
— В смысле, был ли он Любопытным Томом или тем, другим?
— Да, нечто в этом роде, — отозвался сэр Клинтон. И затем, меняя тему, добавил: — А чем вы намерены заняться теперь, инспектор?
Секунду подумав, Флэмборо прочистил горло:
— Прежде всего я хочу знать, каким ядом отравилась миссис Силвердейл, откуда он взялся и с какой скоростью он действует. Надеюсь, медицинское освидетельствование даст нам некоторые факты, к тому же мы всегда можем отправить какие-либо органы на анализ.
Сэр Клинтон кивнул.
— Думаю, нам следует задействовать двоих независимых экспертов. Скажем, лондонского специалиста и какого-нибудь химика из здешнего Крофт-Торнтонского института. В любом случае нам необходимо встретиться с этим Маркфилдом, чтобы проверить показания Рингвуда, и одновременно мы можем выяснить, имеются ли здесь нужные нам специалисты. Возможно, сам Маркфилд этим и займется.