— Большую часть своего времени он может промышлять охотой на кроликов, — предположил старший констебль. — Их здесь не сосчитать.
Он хлопнул в ладоши, и сквозь сумерки проступило множество белых хвостов — их владельцы в панике разбегались.
— А вот и парень, о котором я говорил, — указал осмотревшийся вокруг Уэндовер. — Я имею в виду вон того оборванца. Такого, с бородой. Он слишком ленив для бритья, — брезгливо добавил он.
— Судя по тому, как он выглядит, у него множество неиспользованных купонов на одежду, — прокомментировал сэр Клинтон. — Жаль, что у него нет семьи, которая смогла бы ими воспользоваться. Но, пока не стемнело, давайте посмотрим на кратер, которым вы так гордитесь, и так сильно поторапливали меня, что я все еще в неведении о цели нашей поездки.
Глава 2
Либериец
Уэндовер и старший констебль пробрались через вспаханную землю и подошли к кратеру. Когда они приблизились к нему, из него высунулась чумазая голова растрепанного мальчишки. Уэндовер узнал его и, когда они подошли ближе, поприветствовал.
— Ноэль, привет! В хорошем же ты положении!
— Ага! — весело ответил десятилетний мальчуган. — Будет мне взбучка, как вернусь домой. Но оно того стоит, мистер Уэндовер. Смотрите! Я нашел обломок бомбы!
Он протянул искореженный кусок металла. Уэндовер взял его и с интересом осмотрел.
— Ноэль, боюсь, тебе придется отдать его, — сказал он, и передал железку сэру Клинтону. — Власти могут захотеть изучить ее, сделать анализ, чтобы выяснить, как развивается немецкая металлургия.
Услышав это, Ноэль Ист поник.
— Вы так считаете, мистер Уэндовер? Я хотел сохранить ее как сувенир. Ну, вы знаете, для моей коллекции.
— Подарок от Германии? — улыбнулся Уэндовер. — Ноэль, это — старший констебль. Тебе лучше обратиться к нему и послушать его мнение.
— Я должен отдать ее, сэр? — с ноткой надежды спросил юноша, обернувшись к сэру Клинтону.
Старший констебль обследовал осколок металла, и, найдя плохо державшийся кусочек, он с некоторым трудом отломил его.
— Думаю, для властей этого достаточно, — объявил он, передавая обе части мальчишке. — Но постарайся поскорее передать его властям. Никогда не скажешь, что может оказаться важным по этой части, и ты можешь внести в дело весомый вклад. Ты нашел что-нибудь еще?
— Что касается бомбы, ничего, сэр. Но в земле я нашел еще кое-что.
Он покопался в карманах и выудил оттуда монетку.
— Я нашел ее вон там, сэр. Она римская, правда? Обрывок надписи на ней похож на латынь. Я бы хотел оставить ее. Можно? Она же ничейная?
— Дай посмотреть, — сказал Уэндовер. Он взял монету и рассмотрел ее. — Римская. Ноэль, повтори, где ты нашел ее?.. Ну, значит, она не относится к находке Деверелла, и, полагаю, ты хочешь разместить ее в собственном маленьком музее? Ну, это не повредит. А может, ты предпочел бы передать ее городскому музею? Тогда на музейной карточке будет указано, что это ты нашел ее и презентовал музею. Это бы тебя прославило, пусть и в малой дозе. Обдумай и поступи, как захочешь. Нашел ли ты что-нибудь еще?
Ноэль снова покопался в карманах, на этот раз он вынул несколько круглых булыжников.
— Я нашел их на дне кратера, сэр. Можете сказать, что это? Я не думаю, что это что-то важное, сэр. Я просто подобрал их, мало ли… Думаете, они редкие? Я искал подобные, но нашел только эти, а значит, они могут оказаться редкими, так ведь?
— Боюсь, мои знания геологии исчерпываются лишь тем, что я знаю: если ударить по камню молотком, и он издаст звук «Пф-ф-ф», то значит, это туф, — заметил Уэндовер. — Ты лучше покажи эти штуковины куратору музея и посмотри, что он ответит. В твоих карманах есть что-то еще?
— Только это, сэр: каменное острие стрелы. Я нашел его в земле, в том месте, куда упала бомба. Оно потемнело от взрыва, но, думаю, можно отчистить, так ведь?
— Сохрани его для своей коллекции, Ноэль. Эти немцы перевернули всю нашу землю, вот ты и нашел в ней и это острие стрелы, и монету. Но смотри! Видишь, вода из ручья течет в кратер? Не спускайся больше в яму. Вода быстро заполнит ее, и ты можешь утонуть, не успев выбраться. Смотри, она прибывает. Скоро там будет двадцать футов глубины. Держись от ямы подальше.