— Давай, — холодно произнёс он, жестом указав на стену. — Скажи, что ты видишь, когда смотришь на всё это.
Я думал, долго, серьёзно, глядя на его рисунок Зимнего дворца. На вершинах башен он нарисовал развёрнутые знамёна, колышущиеся на ветру. Не знамёна Де Барра. Знамёна Дайантусов.
— Я вижу мужчину, который тоскует по месту и народу, которых никогда не знал, — просто сказал я. — И всё.
Я протянул ему рисунок, проходя мимо и покидая его комнату.
— Тебе стоит сохранить это, Кэррион, — сказала я ему. — Возьми это с собой домой.
ГЛАВА 22 – Звездочет
САЭРИС
Они были здесь.
Две проколовшие кожу раны на внутренней стороне моего левого бедра.
Хижина была настоящей.
Я не помнила, как покинула сон. Помнила, как ела рагу, как ещё немного разговаривала с Кингфишером и как свернулась клубком в пледах у камина вместе с Ониксом. Потом всё стало расплывчатым. Кингфишер сказал, что выйдет наружу, принесёт ещё дров для огня. Он открыл дверь, шагнул в ночь и…
Ах.
Вот тогда это и случилось. Он переступил порог хижины и всё погрузилось во мрак. Я проснулась на полу, лежащая на ворохе подушек, накрытая одеялом, которого точно не было, когда я ложилась спать. Тело приятно ныло после ночных приключений, и я обнаружила два маленьких следа на внутренней стороне бедра. Наполовину зажившие, но абсолютно настоящие.
Было ещё рано… или поздно, смотря с какой стороны взглянуть. Ставни были закрыты, чтобы не пустить тусклый дневной свет, пока я спешила по коридорам Аммонтрайета, на ходу натягивая одежду.
Я уже поднималась к подножию лестницы, ведущей в библиотеку, когда моё имя прогремело вслед по коридору:
— Саэрис Фейн! Да в какие пять преисподних ты собралась?!
Рубашка Лоррета была мокрой от пота на груди, тёмные волосы впервые полностью стянуты назад, пока он бежал за мной.
— Думаю, ты кое-что забыла, — сказал он, поравнявшись со мной.
— Прости, но, думаю, тренировка сегодня должна быть перенесена, ты не находишь? Моей дикой, опасной магии, возможно, стоит уделить приоритет. Разве что ты не считаешь, что никто не будет против, если я взорву Аммонтраейт.
— Лично я бы не возражал, — Лоррет опустил руки мне на плечи и развернул меня целиком. Затем подтолкнул обратно туда, откуда я пришла, прочь от библиотеки. — Весь этот двор всё ещё спит, Саэрис. Никто больше не проснулся, и это включает Фоули. Он не сможет помочь тебе ещё пару часов, а значит… — Он понюхал воздух и мгновенно отшатнулся.
Я ждала, когда он заметит. Объяснение у меня было готово.
— Произошло что-то странное прошлой ночью. Я легла спать, как велел Фоули, и там был Кингфишер.
— Ладно, — он взглянул скептически. — Такие сны случались у всех, Саэрис. Но… — Он смущённо откашлялся. — Не думаю, что когда-либо слышал о том, чтобы кто-то просыпался, покрытый запахом своего партнёра… из сна.
— Это был не сон. Ну… сон. Но больше, чем сон.
— И как ты это поняла? Кроме того, что ты, э-э… — он обвёл рукой вокруг меня, показывая на всё моё тело. — Пахнешь.
— Есть и другие… физические доказательства, — сказала я, уставившись вперёд. Боги, как же неловко.
— Ладно, ладно. Я поверю тебе на слово. Мне хватило информации. — Он наклонил голову. — Ты уверена, что это был он?
— Что значит уверена? Да, это был он. Думаю, я знаю, как выглядит моя пара, Лоррет.
На его губах появилась хитрая маленькая улыбка.
— Хочешь врезать мне? — спросил он.
— Да. Очень. Знаешь что? Ладно. Пошли тренироваться.
***
Тренировочный зал был холодным. Впрочем, холодным был весь Аммонтраейт. Когда придворные не ощущали температуры, а открытый огонь мог вспыхнуть под ними, как сухая солома, неудивительно, что в большинстве помещений не было каминов. В моих личных покоях проблема стояла достаточно остро, так что я велела построить камин. Всё-таки я королева, но огромная, лишённая окон обсидиановая коробка, куда Лоррет приводил меня тренироваться, была ледяной. На стенах ничего. На полу ничего. Мягкий белый свет струился из утопленного в потолке светового зазора, проходящего по периметру, но кроме него не было даже факелов вечносвета, мерцающих в держателях. Комната была лишена каких бы то ни было особенностей, воздух в ней стоял странно неподвижный, будто за много лет успел застояться.
Лоррет бросил мне посох, и звук дерева, ударившегося о мою ладонь, прозвучал глухо, ненатурально, плоско и сразу стих, стоило мне обхватить оружие пальцами. Я на мгновение оценила кусок дерева.