Тал молчал. Кэррион сунул руки в карманы и пожал плечами.
— Извини, солнышко. Думаю, и здесь ты не поспоришь.
Со вздохом раздражения я позволила женщине снять с меня мерки.
Клинок-глушитель гудел в ножнах у меня на бедре, пока я поднималась. К тому моменту, как я добралась до библиотеки, нога от бедра до колена онемела, и мне хотелось разрыдаться. Мои руны ныли, боль прокатывалась по руке волнами. Я хотела избавиться от этого оружия так же сильно, как и Таладей, но, не зная точно, что это такое и на что оно способно, просто швырнуть клинок со скалы казалось упущенной возможностью. Ориус сказал, что все стражи Беликона вооружены такими штуками, и после того, что произошло в гробнице, было совершенно очевидно, нам снова придётся столкнуться с ними. Стражей будет больше. И клинков тоже.
Это была возможность. И хоть мне было неприятно таскать его с собой, выбора не было, его нужно изучить.
Кэррион остался в покоях Таладея, чтобы с него сняли мерки. Он ещё сказал что-то о том, что пойдёт за своим мечом, но пообещал догнать меня сразу, как закончит. На лестнице звуки моих шагов были моей единственной компанией.
Когда я наконец добралась, библиотека стояла в оглушительной тишине. Запах Кингфишера густо висел в воздухе, показывая мне, куда именно он направился, когда приходил сюда раньше. Но прежде, чем углубляться в стеллажи, мне нужно было проявить осторожность.
— Алгат? — мой голос отразился от сводчатого потолка.
Тишина.
— Алгат! — Хранительница Записей была предельно чёткой, когда сказала мне приходить в библиотеку только в час сразу после заката и в час прямо перед рассветом. Она не имела права указывать мне, что делать, но всё же… если мне предстояло столкнуться с этой старой каргой лицом к лицу, я предпочитала знать об этом заранее, особенно учитывая, насколько яростной она наверняка была из-за того, что я забрала книгу из библиотеки.
Но та женщина так и не появилась.
Я двинулась вперёд к стеллажам. Напевала себе под нос, стараясь унять беспокойство на краю сознания, как и навязчивое желание вырвать клинок из ножен и выбросить как можно дальше. Это было отвратительное чувство, которое невозможно описать, но нож испытывал ненависть. Он жаждал причинить вред.
Запах Кингфишера становился всё сильнее, пока я петляла по рядам книг. Каждый шаг приближал меня к нему, и с каждым шагом напряжение между лопатками слабело. Теперь между нами словно натянулась верёвка. Чем дальше мы друг от друга, тем сильнее тянет. И только когда мы вместе, мне кажется, что я могу дышать по-настоящему. Он был так близ…
— Ох! — я прижала руку к груди. — Привет.
Я отпрянула, испугавшись, но резкое движение впереди оказалось всего лишь одной звездочетом из библиотеки. Он парила в воздухе в двух футах от моего лица, перебирая крылышками и перелетая с боку на бок, наблюдая за мной. Я сделала шаг вперёд, и он отступила ровно настолько же. Его крохотная головка словно склонилась набок, крылья хлопали с бешеной скоростью.
— Любопытное маленькое создание, да? — я протянула руку, желая проверить, сядет ли птица мне на палец, но она отлетела назад, подальше. — Упс. Прости. Всё в порядке. Я не собираюсь причинять тебе вред.
Она улетела.
— Ладно. Тогда пока. Это было чудо. Мне даже стало грустно, что она улетело. Но стоило мне повернуть налево, свернув в другой проход между стеллажами, как там меня уже ждали три птички, зависнув в воздухе.
— Хм. Мы что, играем? — в моём голосе теперь звучала настороженность. Предупреждение Фоули не уходило с переднего плана моего сознания. Он говорил, что эти птицы существа простодушные. Легко поддающиеся чужому влиянию. Сами по себе они меня не тревожили. Но Фоули ещё упоминал недовольных ведьм, которые могли использовать птиц, чтобы украсть у меня волос. Вот эта мысль заставила меня остановиться.
Я перенесла вес на левую ногу, положив ладони поверх Эрромара и Селанира, висящих у меня на бёдрах.
— Пропустите?
Будто поняв, что я сказала, две птички сместились влево, третья вправо, освобождая мне проход.
— Спасибо.
Слегка озадаченная, я пошла дальше, свернула в следующий проход и там меня уже ждали ещё пять птичек. Обернувшись, я увидела, что троица, которую я только что миновала, следует прямо за мной.
— Ладно, ребята, это становится немного странно.