Хазракс пригладил складки своих одежд, затем спрятал нелепо длинные руки в рукава.
— Ты бы отвергла дар? И такой могущественный, к тому же? Поверь, вскоре ты будешь за него благодарна. Ты уже должна быть благодарна. Он спас жизнь твоему другу прошлой ночью.
Что ему нужно, чёрт побери, открытка с благодарностью?
— Я не хочу быть тебе должной, — сказала я.
— Способность была дарована добровольно, — сказал Хазракс. — Никакого долга не возникло. Это безмолвная руна, уже запечатанная в твоей душе. Она станет заземлением для тех рун, что у тебя уже есть, и для тех, что ещё придут. По крайней мере, на какое-то время. Она выиграет тебе немного времени, пока ты работаешь над запечатыванием той серной руны.
— Зачем? Почему ты её дал? Если руна и в самом деле была всем тем, что существо о ней заявляло, это был невероятно ценный дар. Но я уже успела усвоить: в Ивелии ничего не бывает просто так. Всегда есть цена. И обычно очень высокая. Не имело смысла, что это… что бы оно ни было… просто так даст мне доступ к мощной магии. Не имело смысла и то, что оно вообще способно было мне её подарить.
— Считай это извинением, — сказал он. — За то, что грядёт. Я видел глазами твоего оракула, и твоё будущее не из лёгких. Есть те, кто счёл бы, что часть ответственности за это лежит на мне.
— Что ты видел? Ради всех богов, что ещё на нас надвигается? — Хазракс будто размылся на секунду, его контуры потекли чёрным и серым на фоне затянутого тучами мира. Я моргнула, существо снова было плотным, чётким.
— Больше никаких вопросов, — сказал он. — Я должен дать тебе вторую часть моего дара и уйти.
Хазракс двинулся вперёд, протягивая мне руку. В его восковой ладони блеснуло золото. Когда он перевернул руку, кольцо упало к моим ногам, кольцо должности, обозначавшее титул Лорда Полуночи. В центре сверкнул отполированный рубин, поблёскивая в гаснущем свете.
— Отдай его отступнику с золотой улыбкой, — приказал Хазракс. — Ему оно понадобится.
Я сперва уставилась на кольцо, затем подняла взгляд на нечестивое, чужеродное создание, возвышавшееся надо мной; мысли не успевали оформляться.
— Люди зовут тебя Хазраксом. Но это не то имя, что теперь вписано в мою кожу, верно?
— Сообразительная девочка. Верно.
— Ты ведь так и не расскажешь мне, кто ты такой, да?
Хазракс оскалился своей зубастой, игольчатой улыбкой.
— Зачем, если ты уже почти сама сложила все части, Убийца Короля? Ты почти разгадала это.
ГЛАВА 43 – Темные пятна
КИНГФИШЕР
— Мне жаль. Я сделала всё, что могла, но я нигде его не вижу. Я прочёсываю весь этот мир, и его нигде нет. Но ты знаешь не хуже меня, Фишер, что этот мир полон тёмных пятен. То, что я не могу его найти, не значит, что его нигде нет. Это лишь значит, что его кровь как-то заслоняют от меня.
— Значит, ты считаешь, это сделано намеренно? Что кто-то забрал его и скрывает?
Изабель вышла из своей комнаты.
Я не хотел выпускать её оттуда, но какой у меня был выбор?
Она отказалась отвечать на вопросы, пока её держали взаперти, будто какую-то узницу, хотя именно ею она и была. И всё равно я не смог бы держать её там вечно, половина людей на поместье уже исчезла в теневых вратах, которые я открыл на склоне, ведущем к лесу. Другая половина терпеливо ждала свою очередь пройти и эвакуироваться из Калиша. Вскоре мне пришлось бы отправить её вместе со всеми, кроме Рена, потому что Рен всё ещё, блядь, пропадал.
Пока что мы были в гостиной. Когда-то мой отец использовал её как кабинет, хотя я этого совсем не помнил.
— Ртутные омуты. Поселения спрайтов. Чёрные рынки в Доу и на Тарран-Росс. Есть множество мест, защищённых от внешней магии или же настолько переполненных собственной силой, что она заглушает любую другую энергию. Заклинание поиска это не…
— Да, я знаю, что заклинание поиска штука, блядь, далёкая от совершенства. — Половицы скрипнули, когда я зашагал туда-сюда перед окном, вцепившись руками в волосы. — Попробуй ещё раз, — потребовал я. И, чисто по привычке, смешанной с отчаянием, добавил. — Пожалуйста.
Лоррет, который последние полчаса стоял у двери и угрюмо сверлил взглядом ведьму, метнул в меня такой мерзкий взгляд, будто я только что лично его предал.
— Мы должны просто бросить её в ту камеру в подвале и позволить гнили забрать её, — сказал он.
Изабель подвергла Саэрис смертельной опасности. Она также использовала Тала самым чудовищным образом, и мы все чуть не погибли из-за неё. Она, вероятно, была моим самым нелюбимым человеком в двухстах милях отсюда, но даже так я не собирался запирать её в камере и давать гнили сожрать её заживо. Это была участь хуже смерти, и у меня просто не хватало на такое духа.