Это было бы важно.
Это было бы очень важно.
Первым меня обнял Рен. Именно его реакции я боялась больше всего. Он не навещал меня в Санасроте, как это делал Лоррет. Когда я спросила у Кингфишера, стоит ли ожидать его, тот извинился и сказал, что оставил Рена командовать Иррином и что тот не может покинуть лагерь, но я поняла истинную причину. Поняла сразу. Это была отговорка. Я не стала настаивать. Я не хотела подтверждать свои подозрения. Но сейчас на лице генерала не было ни отвращения, ни страха, когда он крепко прижал меня к себе.
— Ты не представляешь, как я рад тебя видеть, — сказал он мне в волосы.
— Ладно, достаточно, — проворчал Кингфишер.
Ренфис отстранился, смеясь:
— Я не хочу говорить это вслух, но ты понимаешь, как себя ведёшь, да?
Кингфишер изобразил гримасу недовольства, но шутливо подтолкнул друга. Лоррет обнял меня за плечи, что Кингфишеру тоже не слишком понравилось, но он всё-таки смирился с тем, что его братья выражают мне своё расположение.
Улыбка Лоррета исчезла, когда вперёд шагнула Изабель, ведьма с рыжими волосами, чтобы поприветствовать меня. Он пробормотал что-то о предательской крови, и, когда она протянула руку, чтобы взять мою, он фыркнул с отвращением, убрал свою руку и удалился к столу, сердито опускаясь на стул.
— Приятно встретиться снова при менее стрессовых обстоятельствах, — сказала она своей певучей манерой. Теперь, когда я вслушалась, её акцент оказался весьма похожим на акцент Ренфиса. Надо будет спросить их, из одной ли они части Ивелии. Ведьма выглядела потрясающе в свободной тёмно-синей блузе, кожаном поясе и длинной чёрной юбке, струившейся вокруг её обуви на каблуках. Густые волнистые волосы, распущенные, пылающе-рыжие, как закат, обрамляли её лицо.
— Надеюсь, ты не против, что я вторглась на ужин в честь твоего возвращения? Те Лена пригласила меня. Я бы уехала домой ещё неделю назад, но меня здесь загрузили работой. Я удивлена, но мне даже нравится проводить время вдали от клана.
Она говорила так, словно нарушает покой в моём собственном доме. Калиш был родовым поместьем Кингфишера. Его семья владела им столько, сколько он существует. Странно было слышать, что кто-то воспринимает этот дом как принадлежащий мне. Он не мой. Или, святые грешники, может, теперь и мой? Хоть чуть-чуть. Всё это так запутанно. Чёрт, у меня совсем не было времени осознать, что со мной происходит.
— Даже не думай извиняться за то, что осталась. Без тебя мы бы потеряли Эверлейн. И ты помогаешь Те Лене вытравить ртуть из Кингфишера. Здесь нет ни одного человека, который был бы недоволен твоим присутствием.
Изабель расцвела, её глаза засветились, и она рассмеялась. Сжав мою руку, она кивнула назад, перекинув брови:
— Спасибо за добрые слова, правда. Но, думаю, здесь есть как минимум один человек, который предпочёл бы увидеть меня мёртвой в канаве, чем здесь, портящей залы Калиша своей ведьмовской кровью.
Слух Лоррета был столь же острым, как и у любого другого фея в комнате. Он услышал каждое слово Изабель, и по его грозному виду было ясно, что он недоволен. Изабель, впрочем, словно не замечала этого.
— Не переживай. Я не из тех, кто любит драму, даже если кто-то явно намерен её устраивать.
Со стола раздался грохот. Лоррет опрокинул свою кружку эля и теперь яростно пытался вытереть пролитое салфеткой.
Изабель фыркнула.
— Почему он так ненавидит ваш народ? — Я знала Лоррета как весёлого, доброго и внимательного. Видеть его таким рядом с женщиной, которая нам всем так помогла, было по-настоящему непонятно.
Улыбка Изабель поблекла.
— Ох. Лучше будет, если он сам тебе расскажет.
Те Лена и её спутник Мейнир были одеты в одинаковые наряды из золота и тёплого серого. Они буквально источали счастье, рассказывая мне и Кингфишеру обо всём, что произошло за последние дни в Калише. Свет, исходивший от Те Лены, лишь чуть померк, когда я спросила о состоянии Эверлейн, и ей пришлось признаться, что сестра Кингфишера всё ещё спит и никак не может проснуться. Но она быстро оживилась.
— Я могу отвести тебя к ней утром, если хочешь. Услышать твой голос может, это как раз тот последний толчок, который ей нужен.
— Я бы очень хотела. — Я провела с Лейн почти неделю во Зимнем Дворце, прежде чем Кингфишер унёс меня в ночь. Помимо Изабель и Те Лены, она знала всех в этой столовой куда лучше, чем меня. Было маловероятно, что именно я вырву Эверлейн из её ступора, но попробовать стоило.