— Подними. Ты опускаешь защиту.
Меч рухнул вниз, лезвие опасно рассекло воздух слишком близко к моему лицу. Всплеск адреналина прошёл под кожей, и меня пробрал холодный пот.
Лоррет, вероятно, совсем не хотел здесь находиться. Как эгоистично с моей стороны раньше об этом не задуматься. Однажды его чуть не высосали досуха три сбежавших вампира, и он почти умер. Фишеру пришлось связать часть своей души с душой Лоррета, чтобы вытащить его с самого края смерти. Это было много столетий назад, но подобное не проходит бесследно.
Аммонтраейт — место теней, и в последнее время я научилась им доверять. Но тьма, копившаяся в углах Кровавого Двора, не была создана для того, чтобы ласкать или соблазнять, как тени Фишера. По крайней мере, когда он использовал их на мне. Тени Аммонтрайета скрывали опасность и наблюдающие глаза. И замечала это не только я. Когда мы прибыли сюда чуть после заката, Лоррет был настороже, его взгляд метался повсюду, только не на меня, пока мы сражались.
Тренировочный зал освещали огни вечносвета, странные, ленивые языки пламени, колыхавшиеся, словно высокая трава под лёгким ветром, пока мы кружили друг вокруг друга.
Окна здесь отсутствовали. Стены и пол были из гладкого отполированного обсидиана, который будто приглушал воздух. Моё учащённое дыхание и хлопки наших босых стоп по холодной чёрной поверхности казались слишком громкими. Слишком близкими.
Лоррет рванул вперёд, с коротким рыканием обрушивая Авизиет вниз. Звук эхом отозвался один раз и растворился. Я отступила от удара, лёгкая на ногах, не сводя с воина глаз, чтобы он не обрушил наверх рукоять божественного меча.
— Мне следовало пойти, — сказала я, поднимая Солейс. — Мне нужно быть с ними.
Лоррет с лёгкостью увернулся от выпада, нацеленного ему в плечо, отбил Солейс и цокнул языком, покачав головой:
— Небрежно. Выше. Вот так. — Он показал, как я должна держать меч, намеренно подняв локти так, чтобы они были на уровне челюсти. Кивнул, дождался, пока я повторю стойку правильно, и атаковал. — Ты не могла пойти с ними, — сказал он, стремительно приближаясь. — Если ты забыла, в твоём старом доме два солнца и нет ночи.
— Я могла бы носить плащ, — я пригнулась, уходя от удара, которым он целился мне в живот. — Закрывать кожу.
— Конечно. И совсем бы не бросалась в глаза. А как насчёт истощения? В полдень ты слабее даже здесь.
Я выпрямилась, опуская Солейс.
— Эй!
— Я сказал слабее, а не слабая. Защита! — Плоская сторона его клинка опустилась мне на плечо, наказание за то, что вышла из стойки. Боль ударила в плечо и прострелила голову. Я так сильно стиснула зубы, что прикусила язык и почувствовала вкус крови.
— Это было невежливо, — проворчала я.
— О, чёрт. Я не знал, что мы делаем это ради вежливости. Прости. Сейчас исправлю. — Он щёлкнул босыми пятками, выпрямился и, задрав подбородок, посмотрел на меня сверху вниз высокомерным взглядом. — Я вызываю вас на дуэль, Саэрис Фейн. Не соблаговолите ли вы ткнуть меня своим блестящим мечом? Для меня это было бы огромной честью.
— Да пошёл ты, Лоррет.
Он сморщился.
— И этим ртом ты целуешь моего командира?
— Я делала этим ртом вещи куда более грязные, чем просто поцелуи.
Он скривился:
— Ладно. Мне это знать не обязательно, большое спасибо.
— Я бы и не стала тебе говорить, — выдохнула я, снова разворачиваясь, перекручивая сначала лодыжки, затем колени, потом бёдра, пока выводила Солейс по дуге в воздухе. Бой на мечах был куда сложнее, чем бой кинжалами. Кинжал продолжение моей руки. С парой кинжалов я была быстрой. Ловкой. А вот размер и вес Солейса делали движения тяжёлыми.
Лоррет следил за мной, пока я крутилась. Он сделал шаг назад, поднял сапог и пнул меня в бок.
Я рухнула на пол, из лёгких выбило воздух, и я со стоном ударилась о гладкую поверхность:
— Уууф!
— Стойка была хорошей. Жаль только, скорости не хватило, — протянул воин, прохаживаясь вокруг меня по кругу.
— Я… как раз… об этом… и думала, — черт, как же болели рёбра.
Лоррет присел рядом с моей головой, положив Авизиет плашмя на колени и опершись локтями на клинок божественного меча. У ублюдка даже дыхание не сбилось.
— Ты именно там, где должна быть, Саэрис, — сказал он. — Ну. Не на полу. На полу ты точно быть не должна. Но здесь, я имею в виду. Если бы ты отсутствовала в Аммонтрайете ещё дольше, один из остальных Лордов объявил бы трон покинутым и присвоил его себе. Они бы назвали это неисполнением долга или чем-то таким. Люди думают, что Кровавый суд это только разврат и кровавые оргии, но, по моему опыту, там в основном бюрократия и политическое грызение.