— Ты звучишь разочарованно.
Он пожал плечами, протягивая мне руку, когда я поднялась на ноги:
— Ну, кому не нравится кровавая оргия?
— Не могу сказать, что когда-либо участвовала в одной.
Он снова пожал плечами:
— Много не теряешь, честно. Они становятся… липкими.
— Можно прервать этот невероятно интересный разговор на мгновение? Кажется, у меня вывихнуто плечо.
Лоррет едва взглянул, прежде чем хлопнуть меня по плечу. Раздавшийся хлопок и резкий поворот руки, вставшей на место, заставили желчь подступить к горлу. Я злобно уставилась на него сквозь выступившие слёзы:
— Спасибо?
— Пожалуйста. А теперь давай. В стойку.
— Я не подниму этот чёртов меч снова. Дай хотя бы минут десять. Меня сейчас вырвет.
Он уже открыл рот, чтобы снова попытаться поднять меня, но его взгляд встретился с моим, и что-то в нём смягчилось. Он сжалился:
— Ладно. Можешь взять пять минут. Переведи дух. И… — вдруг он стал звучать неловко. — Я знаю, ты чувствуешь себя хреново, ладно? Наверное, даже бесполезной. Торчишь в этом сраном дворце, пока остальные там, без нас. Рен предупреждает фей. Дания организует усилия, чтобы сдерживать заражённых. Фишер и Кэррион высматривают всё, что могут, в Зилварене, пока охотятся на серебро и твоего брата.
— О боги! — выкрикнула я, ужасная догадка ударила внезапно, как пощёчина.
Глаза Лоррета округлились:
— Что? Что такое?
— Он заставил тебя пообещать, что ты останешься здесь и будешь присматривать за мной, да?
Лоррет мгновенно лишился выражения лица, будто надулся пустотой.
— Он заставил тебя пообещать остаться и защищать меня! — Господи, как же я была слепа. — Вот почему ты застрял здесь, в этой тренировочной комнате, со мной, да? Иначе ты был бы там, со всеми, тоже занимаясь чем-то полезным!
После того как мы проработали детали плана, каждый занялся своим делом. Те Лена и Мейнир пошли помогать раненым среди воинов, бежавших из Иррина. Изабель вернулась к своему народу, вежливо спросить, знают ли старшие ведьмы, как запечатывать алхимические руны. Рен отправился в маленькие поселения к востоку от Калиша и вдоль побережья, чтобы предупредить их о гнили. Располагая остатками военного лагеря, Дания посылала охотничьи группы, чтобы сдерживать заражённых или хотя бы не дать им продвинуться дальше вглубь.
План заключался в том, что мы снова встретимся в Калише через три дня, что бы ни случилось. Но Лоррет заявил, что хочет остаться здесь и помочь мне тренироваться.
Он просто не мог лгать. Вероятно, он и правда хотел помочь мне тренироваться. Но я бы ставила левый глаз на то, что он гораздо охотнее был бы с Данией, сражаясь с заражёнными.
Воин лишь пожал плечами на мои обвинения, изображая незнание:
— Не беспокойся об этом. Всё, что тебе нужно, отвлекать этих вампиров и разбираться со своими рунами.
— Лоррет!
— Ладно, ладно! Я не собираюсь подтверждать или опровергать твои подозрения. Но если ты сейчас не устроишь истерику и закончишь тренировку со мной, я расскажу тебе историю Врат Аджун. Всю. Каждый кровавый, мерзкий подробный момент.
— Я знаю эту историю…
— Хах! — фыркнул Лоррет. — Нет, не знаешь. Ты хоть что-то слышала о Мирель?
Мирель. Имя было... смутно знакомым? Может быть? Я покачала головой:
— Нет. Не слышала.
Напряжение в плечах Лоррета спало, он понял, что уже победил.
— Мирель была сестрой Рена. Она умерла на склоне того ледяного хребта, и с тех пор мы уже не те.
— Расскажи, — теперь, когда он упомянул её, я должна была знать. — У Рена была сестра?
— Не просто сестра. Близняшка.
Я уже поднялась на ноги, боль в плече забыта. Я подняла Солейс, но Лоррет раздражённо застонал и отбил меч, прежде чем я успела принять защитную стойку.
— Знаешь что? Хотя нет. Раз уж мы говорим о Мирель, нам не стоит драться одновременно. Нужно заняться следующим по важности делом.
У меня было предчувствие, что я уже знаю, что Лоррет предложит, но всё же пришлось спросить: