Торжества прославления преподобного Серафима Саровского прошли на высоком организационном уровне. Действия огромной массы народа были спланированы и направляемы в нужное русло. Все попытки экстремистов пресекались на корню. Следует отметить, что уважение к преподобному Серафиму, вероятно, было и в стане революционеров — не было зафиксировано ни одного действия, направленного на срыв праздника, все поползновения направлялись только в адрес императорской фамилии. 22 июля 1903 года нижегородский губернатор генерал-лейтенант Павел Фёдорович Унтербергер опубликовал обращение ко всем жителям губернии:
«Государь Император, возвращаясь из Саровской пустыни, изволил обратиться ко мне на Царской платформе близ г. Арзамаса со следующими словами:
“Я в восторге от встречавшего Меня народонаселения Нижегородской губернии и от того примерного порядка, который им самим же поддерживался на всём пути. Желаю, чтобы это дошло до народа”.
Счастлив возвестить всему народонаселению Высочайше вверенной мне губернии Высокомилостивые слова Его Величества, которые вызовут в сердцах всех жителей восторженный отклик, будут передаваться из рода в род и напоминать народу о светлых днях пребывания Его Величества Государя Императора и Их Величеств Государынь Императриц в пределах Нижегородской губернии»34.
Но с каким бы восторгом ни преподносился праздник прославления преподобного Серафима, как бы ни говорили о единении народа и самодержавной власти, 1903 год можно назвать годом, когда в стране началось неуклонное падение в бездну, завершившееся 1917 годом.
«Ощущение приближения чего-то нового, неизвестного (и поэтому пугающего) отмечали многие современники последнего царя. Поэтесса Зинаида Гиппиус, пытаясь объяснить происходившее в конце XIX — начале XX столетия, писала: “Что-то в России ломалось, что-то оставалось позади, что-то, народившись или воскреснув, стремилось вперёд... Куда? Это никому не было известно, но уже тогда, на рубеже веков, в воздухе чувствовалась трагедия”»35.
Тревожные нотки мы встречаем и в телеграмме тамбовского духовенства, направленной на имя императора в день второй годовщины прославления Серафима:
«От древних дней в годины скорби своей русский Народ навык просить помощи у своих небесных защитников. И ныне во вторую годовщину прославления Преподобного Серафима, среди бед и скорбей, обышедших отечества наше от врагов внешних в тяжкой войне и врагов внутренних, он десятками тысяч до тесноты наполнил Саровские храмы и окрестности и со слезами у раки Преподобного вместе с нами и братией обители взывает молитвами Святого Серафима укрепи Господи Державу Благочестивейшего Государя Нашего. Даруй Ему победу над врагами. Пошли Ему и Наследнику Его Своё небесное благословение и утешь Их светлыми днями долголетнего славного царствования.
Вашего Императорского Величества смиренные богомольцы
Иннокентий, Епископ Тамбовский и Шацкий,
Константин, Епископ Самарский и Ставропольский
и Саровский игумен Иерофей с братией»36.
На телеграмму последовал высочайший ответ:
«Мысленно переношусь в Обитель Преподобного Серафима во вторую годовщину прославления Его, знаю, как горяча молитва народа русского, особенно у Раки Новоявленного Святого.
Николай»37.
К сожалению, ни народные молитвы, ни новопрославленный угодник Серафим не помогли нашему Отечеству.
Глава пятая
ЗЕМНОЙ ПУТЬ МОЩЕЙ ПРЕПОДОБНОГО СЕРАФИМА
1903 год
Мощи преподобного Серафима, упокоенные на монастырской площади Саровской пустыни, 70 лет ожидали прославления. Волевым решением императора Николая II чаяния народных масс были претворены в 1903 году. Непростое это было время. «Призрак коммунизма» уже разгуливал по российским просторам, демократы всех мастей стремились к установлению новых порядков, яд измены уже начал своё действие в крови императорской фамилии, не было единодушия и в Русской православной церкви.