Далее в описании Димитрия Троицкого перейдём к событиям, предшествующим праздничным дням. 3 июля гроб старца перенесён в храм Зосимы и Савватия и установлен посредине храма.
«Присутствующие при открытии крышки гроба свидетельствуют, что честные останки преподобного были завёрнуты в момент погребения в монашеский куколь. Отец Серафим лежал в гробу на дубовых стружках. Всё содержимое гроба, ввиду дубильных свойств стружки, и самые честные останки, и седые волосы на голове, бороде и усах, и всё одеяние преподобного — бельё, холщевый подрясник, мантия, епитрахиль и куколь — всё окрасилось в один цвет, напоминающий корку чёрного ржаного хлеба...
Надо заметить, что честные мощи преподобного Серафима Саровского относятся к разряду мощей неполного нетления, то есть неполность заключается в том, что при совершенной сохранности костей соединительные ткани сочленения и суставов подверглись тлению, вследствие чего конечности в локтях и коленях легко разнимались. Голова преподобного с уцелевшими на ней волосами, бровями, усами и бородою, по личному впечатлению автора, прекрасно сохранились. Верхние кожные покровы тоже частично хорошо сохранились и плотно облегали скелет, как бы к нему присохли, вследствие чего кисти рук в запястьях и ступни в щиколотках остались на своих местах неотделёнными, а лик преподобного сохранил следы сходства с иконографическим его изображением»35.
Непонятно, как такое возможно — в описании одного события присутствуют взаимоисключающие факты. В начале повествования говорится о нахождении мощей в воде в течение сорока лет, что никак не могло способствовать их сохранности. И вдруг в описании появляются мощи «неполного нетлетия» и даже лик преподобного узнаваем и схож с изображениями на прижизненных портретах и иконах. Следующее несоответствие — в Саровской пустыни не практиковалась укладка на дно гроба какой-либо стружки, только под голову усопшего подкладывали подушку, которая в нашем случае была набита мочалой. Принимая во внимание, что никакой воды в захоронении преподобного не было и, следовательно, останки не подвергались воздействию мифических «дубильных свойств стружки» и не могли приобрести «цвет, напоминающий корку чёрного ржаного хлеба», следует придерживаться сведений, которые приведены в официальном Акте освидетельствования, подписанном членами комиссии, и где говорится: «Волосы главы и брады, седовато-рыжеватого цвета». Книга Димитрия Троицкого, с её фантастическими подробностями, нагромождением нелепостей, увидела свет только благодаря отсутствию церковной цензуры и не имеет права в полной мере именоваться первоисточником по истории прославления мощей преподобного Серафима Саровского.
События 1903 года ещё больше подняли престиж Саровской пустыни во всероссийском масштабе. Присутствие мощей внесло изменения и во внутренний уклад обители. В 1904 году из Тамбовской духовной консистории получено разрешение обносить святые мощи преподобного вокруг соборов Успенского и Живоносного Источника 19 июля ежегодно36, в память о событиях 1903 года. Два раза в году — весной и осенью, высокоторжественно происходило перенесение мощей из зимнего собора Живоносного Источника в летний Успенский и из летнего в зимний.
Начало XX столетия прошло для Саровской обители благоприятно: расширялось хозяйство, благоустраивались дороги, мосты и мемориальные места, связанные с жизнью преподобного Серафима. Постоянно рос поток богомольцев: «Монастырские гостиницы в зимнее время могут поместить всех посетителей и богомольцев, примерно, до 2500 человек, а в летнее время до 5000 человек. Посетителей и богомольцев... в течение года примерно до 50 000 человек»37. Паломники приносили доход в казну обители, но руководство монастыря никогда не ставило меркантильные интересы впереди духовных. В начале 1910-х годов окрестные промышленники решили построить железную дорогу вблизи монастыря, но встретили активное сопротивление со стороны монашествующих. «Саровская пустынь насаждена безмолвием, им она прославилась, им она всегда привлекала его любителей, — отвечали соборные старцы на запрос Тамбовского владыки. — ...Забота о безмолвии святой обители, всегда лежала и лежит на ея настоятеле... Проведение или устройство вблиз к Саровской пустыни железного пути является нарушением тишины и безмолвия обители, не сохранением и не исполнением заветов Первоначальника обители, а равно не исполнением Святоотеческих наставлений и учений»38. Такие доводы оспорить невозможно, и этот проект остался нереализованным.