23 апреля 1919 года родился циркуляр Отдела управления НКВД, разосланный всем губернским исполкомам.
«№ 2456.
В дополнение к распоряжению циркулярного письма НКВД от 28 февраля 1919 года, по поводу вскрытия “мощей” настоящим сообщаем, что:
1) При обследовании “мощей” должны присутствовать, кроме ответственных членов советских организаций, уполномоченных от верующих и священнослужителей и свидетелей, также и представители медицинского персонала, обладающие достаточным авторитетом в области науки и в массах.
2) Составляется подробный акт (протокол) обследования “мощей”, опись всех обнаруженных вещей, которые подписываются всеми вышеуказанными лицами.
3) Всем губ и горисполкомам ставится в обязанность снабжение отдела управления НКВД достаточными информационными материалами по этому поводу в виде копий актов обследования и описей найденных вещей, фотографий и кинематографий, производившихся при обследовании.
4) Разоблачённые при указанных условиях “мощи” могут быть или оставлены только на несколько дней для осмотра в новом виде на том же месте и по истечении срока в прежнем виде водружаются на прежнее место или “мощи” остаются в разоблачённом виде навсегда на прежнем месте и наконец в разоблачённом виде доставляются в музей или другие общественные здания для публичного постоянного осмотра.
Второе и особенно последнее место наиболее желательно. Однако во всех случаях опирайтесь исключительно на авторитет советской власти, на индифферентизм верующих и впечатление от разоблачения.
Ни в коем случае не действуйте так, чтобы потом пришлось опираться на вооружённую силу. Каждое разоблачение широко используйте в печати, лекциях, митингах. В случае перевозки “мощей” в разоблачённом виде на новое место — каждый раз требуется разрешение НКВД. Немедленно передайте уисполкомам»58.
Работа над «совершенствованием» законодательной базы осквернения православных святынь продолжается, и вот что записано на заседании коллегии НКЮ 6 июля 1920 года.
Слушали: Вопрос о мощах.
Постановили: Принципиально остаётся в силе старое постановление о необходимости ликвидации эксплуатации т. н. мощей. По вопросу о передаче вскрытых мощей в музей постановлено: считать целесообразным перемещение их в музей или в университетские учреждения, а также не препятствовать захоронению, словом ликвидацию проводить сообразно с конкретными условиями, опираясь на поддержку местных рабочих элементов населения и развёртывая предварительную агитацию и пропаганду по религиозному вопросу. Мероприятия всё проводить планомерно и последовательно, не отступая от раз намеченного плана и воздерживаясь от решительных действий, если почва в данной местности недостаточно подготовлена.
НКЮ вход. № 1069, д. № 16»59.
Спустя две недели Народный комиссариат юстиции разработал проект так называемого Предложения по вопросу о ликвидации мощей во всероссийском масштабе:
«1. Опираясь на революционное сознание трудящихся масс, планомерно и последовательно провести полную ликвидацию мощей на местах, избегая вредной нерешительности и половинчатости мероприятий.
2. Ликвидацию названного культа мёртвых тел и кукол осуществить или путём помещения так называемых “мощей” в музеи в отделы церковной старины, или путём их захоронения.
3. Губисполкомы обязаны проверить все конкретные условия проведения мероприятий по ликвидации мощей, провести соответствующую агитацию как на фабрично-заводских, красноармейских и иных собраниях в городах, так равно и в деревне, в особенности среди малосознательной части отсталого крестьянства и уже после сего утвердить соответствующее решение на пленуме исполкома с точным обозначением как времени, так равно и способа ликвидации каждых отдельных “мощей”.
4. При обнаружении дальнейших случаев шарлатанства, фокусничества, фальсификации и иных уголовных деяний, направленных к эксплуатации темноты, как со стороны отдельных служителей культа, так равно и организаций бывших официальных вероисповедных ведомств, — отделы юстиции возбуждают судебное преследование против всех виновных лиц, причём ведение следствия целесообразно поручить следователям по важнейшим делам Наркомюста и при отделах юстиции, а само дело разбирать при условии обеспечения самой широкой гласности процесса.