16. Подрясник, кукуль, кушачек, и шапочка принадлежавшие затворнику Вышенской пустыни епископу Феофану.
Вышеизложенное записать в настоящий акт, который составить в 2-х экземплярах. Один экземпляр оставить при делах Пенз. ГО ОГПУ, и второй препроводить в Пензенский Губернский Антирелигиозный музей.
Сдал: Уполномоченный Пенз. ГО ОГПУ Машков Принял: Председатель Пенз. Губсоюза»163.
Спустя две недели, 2 сентября 1927 года, главный пензенский безбожник Степанов в еженедельном журнале «Под знаменем ленинизма» рассказал о поступлении в антирелигиозный музей предметов и артефактов из Саровского монастыря:
«Саровских вещей в кабинет антирелигиозника привезли немало: два громадных ящика общим весом до 9-10 пудов. Это и есть, что привлекало в Саров тёмную рабоче-крестьянскую массу и огромные доходы. За эти вещи Саровские монахи и теперь согласились бы отдать последнее: это — их хлеб... Если интересуетесь, зайдите: кабинет антирелигиозника помещается в бывшем губернаторском доме и до 1 октября открывается в рабочие дни до трёх часов ежедневно. Когда же кабинет антирелигиозника будет преобразован в губернский антирелигиозный музей и перейдёт на Интернациональную улицу (а это, по-видимому, будет с 1 октября) его двери широко будут раскрыты для посетителей во всё вечернее время. Из Саровских вещей к тому времени будет создан, по всем видимостям, Саровский уголок. Пока же — вот они, эти вещи...
Прежде всего, два клока волос. Целая конская грива... Врачу пришлось бы долго покопаться, чтобы определить, кому принадлежат эти волосы: животному или человеку. Саровские монахи хранили эту шевелюру в стеклянном ящике, в келье Серафима, за семью замками. По монастырскому преданию, волосы принадлежат Серафиму и найдены, будто бы в его келье после его смерти (2 янв. 1833 г.). Одни говорят, что Серафим хворал, будто бы какой-то болезнью, от которой все волосы на голове повылезли; другие, наоборот, — утверждают, что эти клочья были выдраны у Серафима тремя кременскими мужиками, 12 сентября 1804 г., избившими Серафима почти до смерти. Одним словом, только говорят...
А вот подгнивший в корне, обыкновенный человеческий зуб. Кому принадлежит — конечно, неизвестно. Известно только одно: что этот зуб хранился Саровскими монахами в том же ящике, где и грива, и выдавался за принадлежавший Серафиму. Монахи рассказывают, что означенный зуб был выбит у Серафима 12 сентября 1804 г. кременскими мужиками.
А вот все в дырьях — ветхое, полусгнившее дерьмо. Целое облако желтоватой грязи и пыли подымается от него, если вы дотронетесь руками. Это будто бы, мантия Серафима... Обычно она хранилась в Серафимовской келье, в стеклянном ящике; но по знатным и богатым больным Саровские монахи развозили её по всей России.
В 1860 году её возили в Петербург и Гатчину, чтобы покрыть больных детей Александра II, а главное — умиравшую жену Николая I. Хотя царица и умерла, но на этом деле Саровские монахи заработали немало.
А вот железные вериги: 6 поясных, 8 плечевых и 3 головных. Все — в ржавчине, потому что хранились в Саровских подземельях: в церкви Антония и Феодосия Печерских, — там, где могила, будто бы, первоначальника Саровского монастыря, Исаакия (в мире Илариона, а в схиме — Иоанна)...
Итак, о веригах. Общий их вес — до 8 пудов. Сделаны, несомненно, по заказу; но выдавались монахами за принадлежавшие Исаакию и другим, жившим в Сарове в конце XVII и в начале XVIII века, инокам...
Больных несли в подземную церковь: если у “богомольца” болела голова... на него одевали головные вериги, если болели плечи или грудь, надевали плечевое; а если живот или что ниже, надевали поясные...
А вот пять деревянных крашеных ящичков: в четверть высоты, полторы четверти длины и полчетверти ширины. Раскрываем их и в недоумении пятимся назад. Могильная земля... кусочки дерева и т. д. и т. д. — вот что лежит в этих ящичках. Это “святые останки” Серафима. Ими же наполнен особый, зелёного цвета, мешочек. Оказывается, что когда 4 и 5 июля 1903 года, пред открытием “мощей”... кости Серафима перекладывались из гнилой колоды в новый кипарисный гроб, — Антоний Петербургский, Назарий Нижегородский и Иннокентий Тамбовский (митрополит и два епископа, изготовлявшие ватную куклу Серафима) переложили в эти ящички всё [что] оказалось в гнилом гробу Саровского “святого”: рассыпавшиеся гнилые кости уложили в ватную куклу, а всю труху... собрали в ящики...