— О-о-о! Поехали! — сразу воскликнула Ини.
Возможно, она опасалась, что её с подругой станут приглашать в какой-нибудь загородный особняк. Секса подруги не страшились, может быть, даже к нему стремились. Вот только в каком-либо укромном месте существовала опасность напороться на оргию и даже, может быть, на маньяков! Поэтому в первый вечер знакомства побывать в публичном месте было очень даже органично…
Рэд лихо подрулил к комплексу Экранного двора и удачно запарковал кар в тёмном месте за какими-то нелепыми постройками явно хозяйственного назначения. Его одолевали разные сюрреалистические мысли. Он уже думал, как самобытный философ: «Странно себя ведут девчонки в здешних местах. Их уговорить, кажется, можно даже на хоровод. Какие-то податливые, как куры на птицеферме. Никакого спорта в этих упражнениях не вижу». Он не ведал, что вся молодёжь попала под программу правителей «Об улучшении демографии в Порту». Косвенным следствием этого стала такая сексуальная податливость девушек. Мужчины же, напротив, не чувствуя сопротивления со стороны противоположного пола, стали сексуально менее активными. Стал даже быстро развиваться однополый секс среди мужчин. Мужчину мужчине уговорить «на акт» было сложнее, поэтому это сопротивление разжигало охотников. Правители из Руди подумывали, не применить ли репрессии против гомосексуалистов? Этой категории граждан развелось в Порту, как тараканов за печкой, и они всё активнее заявляли свои права. Причём, гомосексуалистами принято считать как особей мужского пола, так и женского, но в этой части прослеживалась аномалия — педики превалировали над лесбиянками с существенным отрывом. Может, человек — он ощущения оценивает на вкус, языком, так сказать, удовольствие меряется? А значит, в одном случае секс был вкуснее!
Пока так думал Рэд, Арс сходил с девчонками в лишь им ведомый лабаз и накупил им Эрария разных сортов, причём самого дорогого. От такой щедрости те перестали экономить и впились в соски сосудов, вдыхая вожделенную пену. Их на глазах стало развозить, и Арс устремил их всех в один из модулей огромного Экранного двора. Там показывали что-то связанное с сексом. Смотрящие всю эту вакханалию невольно становились участниками оргий. Через три минуты просмотра Рэд явственно почувствовал, как его эмоции начали вставать! Он нащупал наугад Анн и предложил ей сходить в автомобиль, расслабиться. Та сама потянула сама его к выходу и он еле поспевал за ней. Кар был довольно-таки замаскирован на местности, поэтому Анн перед актом сумела ещё исполнить в довольно таки компактной кабине какой-то танец с раздеванием в позиции «космонавт на старте». Рэд стал удовлетворять её со всей степенью разврата, каким владел. Он страстно желал, что бы после анального секса она поцеловала его конька, но она этого самого анального секса не позволяла. Это был единственный вариант, который они не отведали в тесной кабинке кара. Анн успела научить Рэда паре-тройке приёмчиков, ранее ему не ведомых. Но он, как истинный мужчина, сделал вид, что он этим владеет как бог Эрос, это ему не в первой! Когда раскачивание кара закончилось и амортизаторы успокоились, Анн стала канючить, что она хочет домой. Может, ей захотелось спать после секса, может захотелось под душ, и Рэд пошёл в Экранный двор и доложил Арсу, что они уезжают. Думая, что что-то случилось, Арс и Инн тоже поехали с ними. По дороге Арс, пребывая со слегка спавшим чувством тревоги, попросил завести его в Управление флота. У него всегда любое возбуждение переходило в излияние «в работу». Он сказал Рэду:
— Узнаю, что там нового, что изменилось!
— Ты что, по видео переговорному узнать не можешь? — почти раздражённо спросил Рэд.
— Я уже по видео поговорил, но вживую сведения будут точные, нельзя кое-что передавать дистанционно!
— Ну, как знаешь!
Арс вышел возле проходного терминала порта, а Рэд с девчонками поехали далее. Анн все время клонило ко сну, и она непрестанно просила завезти её домой. Наконец, она попросила остановить кар в каком-то жилом квартале и покинула экипаж. Инн осталась с Рэдом. Он спросил её:
— Ты разве не вместе с Анн живёшь?