Гвардия Посмертия не просто так носила свое название. Воины, составлявшие её армии, никогда, даже в мирное время, не разгонялись по усыпальницам для заключения в стазис. Они воевали во множестве битв, без счета умирали и воскрешались своими хозяевами. Невероятно искусные для смертных, безгранично преданные некромантам, не страшащиеся смерти и боли... Они образовывали силу, на создание и сбор которой у повелителей смерти ушло несколько тысячелетий. Их дасу превосходили самое большое вдесятеро, и то - не всех. Битва за крепость обещала быть очень тяжелой и кровавой.
Невеселые размышления Солнечного эльфа прервала здоровенная (почти полтора метра длинной) стрела из станкового индукторного зенитного арбалета. Она прилетела точно в горло фениксу, в очередной раз засвидетельствовав тот факт, что Гвардия Посмертия - очень меткие стрелки с хирургически улучшенным зрением. Как и то, что на их орудиях и снарядах - серьезные анти гравитационные заклятия. Иного объяснения тому, что стрела нашла движущуюся цель в пасмурном небе на высоте трех километров, не было. Правда, эльф тоже был не промах. Его готовили к разным ситуациям, да и опыт у лорда Дреира был немалый. Кувыркаясь вместе с трупом своего пернатого боевого товарища в свободном падении, Раано достал лук и постарался выровнять тело в воздухе, чтобы прицелиться. В итоге он умудрился на пути к земле насквозь пробить специальными ментально аннигилирующими стрелами по меньшей мере десяток бойцов в вороненых латах. Эти стрелы были взяты на вооружение потому, что позволяли полностью уничтожить тело и душу жертвы, исключая возможность воскрешения. Так дасу пытались бороться с офицерским составом и наиболее опасными боевыми единицами противника. Конечно, по-настоящему могучих некромантов и монстров можно было прибить только очень сильно заряженным снарядом, но таких было весьма немного...
К удивлению Раано, его разведывательный вылет закончился не сокрушительным столкновением с землёй, а попаданием в сверхплотную компенсирующую воздушную подушку. Сразу стало понятно, почему некроманты вдруг решили сбить разведчика вопреки своему обыкновению. "Языки" им, гадам, понадобились! Покончив с этой мыслью, эльф потянулся к перстню на мизинце правой руки. Там содержалось сложное многомерное вещество, входившее в состав стрел-аннигиляторов. Оно позволяло полностью исчезнуть, сбежать от тех, кто доставал даже с того света...
- НЕТ! ТЫ УМРЕШЬ НЕ ЗДЕСЬ И НЕ СЕГОДНЯ...
Голос, зазвучавший в голове высшего эльфа, не оставлял возможности неповиновения. Вкрадчивый полушепот, вызывающий мерзкое ощущение, как от ледяной воды, пролитой за шиворот, он звучал громче, чем собственные мысли. Его власть над телом в одночасье стала безграничной. Раано с омерзением и бессилием наблюдал, как его рука снимает перстень с пальца и забрасывает его куда-то далеко. А тем временем к лежащему на земле в окружении бессчетных воинов Гвардии Посмертия эльфу приближался обладатель этого голоса. Принц рода Дреир имел неплохое образование. Ему не надо было смотреть на своего поработителя, чтобы сказать, кто он. ЭТОТ голос мог принадлежать лишь одному...
- Приветствую тебя, Великий Страж мертвых земель! Приветствую и желаю тебе смерти как можно более скорой и мучительной, Анаикит Фаат!... Как я посмотрю, твое "сотрудничество" с Мононокеноном увенчалось успехом. Прямо оторопь берет от силы и численности твоей армии!... А скажи мне, просто из любопытства интересуюсь, задница, которую тебе пришлось лизать, чтобы получить столь большое войско, столь же уродлива, как и рожа ее хозяина? Или под своей рясой Кескес сохранился лучше?
Фаат искренне улыбнулся дерзости своего пленника. Его внешний вид, как и облик упомянутого Черного Балахона, далеко ушел от облика человека, но был скорее зловещим, чем уродливым. Анаикит был абсолютно лысым, но идеальная форма черепа компенсировала этот недостаток. Точеные черты лица были абсолютно правильными, но все же не красивыми. Невероятно бледная кожа и темные тени под глазами придавали Владыке очень болезненный вид, а сферы пламени, бушующего в глазницах вместо глаз, странным образом создавали впечатление, что Фаат болен лихорадкой. Самой, пожалуй, отталкивающей частью внешности некроманта были вены. Они проступали сквозь безжизненную просвечивающую кожу и были такими черными, словно вместо крови по ним струилась скверна девиат. Последнее предположение, возможно, было правдой. О связи многих высокопоставленных бескудов, некромантов и демонов с Черным Орденом слухи ходили на протяжении тысячелетий.... Приблизив свой инфернальный лик к самому лицу дасу, некромант, наконец, заговорил вслух. Его реальный голос был слабым и сиплым, словно его обладатель страдал тяжелыми формами болезней горла. Слушать его было неприятно.