Когда через несколько десятков минут урок закончился, Саша, получив ещё пару тычков от Николая, направился к пищеблоку. Столовой, рестораном или чем-то ещё местную "зону фудкорта" язык не поворачивался назвать. Резиденция Владимира уже во Втором плане бытия очень сильно растягивалась. Настолько, что вмещала, по меньшей мере, 3 залы площадью под 10000 квадратных метров и 6-метровыми потолками. Здесь была куча коридоров, 10-ки классов и жилых комнат на 7 этажах. В одной из этих 3 "уютных маленьких комнат" осуществлялось приготовление, и приём пищи, причём эти два процесса были территориально разделены прилавком, как в школьных столовых. На этом прилавке стояло всё то, что готовили ученики, и ассортимент был, отнюдь не холостяцкий. Наставники могли заставить своих подопечных приготовить всё что угодно. К тому же эти "любимые учителя" и сами ели в этом зале и учеников заставляли кушать их же стряпню. Так что будущие Библиотекари поневоле учились готовить любые блюда - вкусно, качественно и быстро, так как учёба отнимала уйму времени. Саша быстро нашел на прилавке вполне приемлемые для себя котлеты и пюре (экзотики он не жаловал, а она имела место быть - котлеты соседствовали с гаспаччо и бастурмой) и подсел поближе к окну. Ел он в одиночестве. Во-первых, дружеские и прочие отношения между учениками не поощрялись наставниками - Библиотекарь должен привыкать работать и жить в одиночку. Во-вторых, в этом месте мальчик появился сравнительно недавно, а многие ученики знали друг друга уже по 10-20 лет, так что Саша был в их коллективе чужим. А в-третьих - не очень то и хотелось. Многие ученики на его взгляд были снобами и интриганами, водиться с ними было себе дороже. А из-за больших нагрузок потребность в общении была минимальной, причём её с лихвой удовлетворяли преподаватели. У них даже наказание всегда сопровождалось беседой с наказуемым, а занятия и вовсе проходили в режиме "поочерёдное компостирование мозгов всех присутствующих". Так что сейчас у мальчика было только одно - поесть и поскорее проникнуть в отведённую ему комнату. Надо было ещё отработать сложное оборонительное Слово, с которым их познакомили накануне. Однако в его планы внесли изменение...
- Сиричкин! Рад тебя видеть, мой мальчик! Ты, как я слышал, делаешь стремительные успехи.... Это многое для меня значит - так приятно думать, что это именно я в тебе приметил талант!
О том, что радость в голосе Владимира не настоящая можно было догадаться, только вспомнив, что он ОЧЕНЬ редко радуется успехам своих учеников и относится к ним довольно прохладно. А так эмоции Библиотекарь изображал прекрасно - голливудские актёры бы от зависти полопались. Саша с кислой миной размышлял об этом, а так же о том, за какие грехи Архибиблиотекарь не перестанет упоминать его фамилию прилюдно. Тем временем, "министр культуры и образования" одной десятой части галактики устроился рядом, с самым участливым видом положил руку на плечо и поинтересовался.
- Ну, как жизнь, как учёба?
- Не жалуюсь, дасу кел Владимир.
Как теперь знал Саша, "дасу кел" в переводе с языка бескудов значило "высший мастер" и полагалось такое обращение тем, кто превосходит тебя возможностями не менее чем в 30 раз.
- Правильно, я делаю успехи. Не знаю только, что тут для вас хорошего...
- Ну как же? Ты мой ученик! Не только мой, конечно, но не это главное. Главное, что ученик приносит учителю удовольствие своим прилежанием и профессиональным ростом. Я рад, что не ошибся в тебе...
- Ну не ошиблись, потенциал у меня есть.... И не только у меня, у многих тут тоже. Что вам за радость? Кто вас тут любит? Я здесь уже долго и не видел никаких нормальных человеческих отношений! Я не такой маленький и глупый, как вам бы хотелось, я понимаю, что на мне свет клином не сошёлся. Таких как я много и я сомневаюсь, что их истории сильно отличаются от моей. Насколько я понял, там, где Прах, там и Боль. А что посеешь, то и пожнёшь! Не боитесь, что это "подрастающее поколение" и я в том числе, вас на ветошь порвут, когда наберутся сил и опыта? Ломаете чужие жизни, издеваетесь, пытаете и думаете, что всё сойдет с рук, что так только лучше?
- Какой напор, какие аргументы! Да ты, можно сказать, растёшь.... Только зачем мне это всё говорить? Не думаешь, что я пресеку восстание мстительных недоучек в зародыше?