- Спасибо, но …
- Мы не откажемся – перебила меня Девятая – мы же не хотим отбиваться всю ночь от Серых, да Одиннадцатый?
Я кивнул, хотел было сказать, что я не думал отказываться, но промолчал.
Оказавшись внутри Собора, мы увидели, что главное место битвы уже было отремонтировано, плитку восстановили и на ней стояли повсюду кровати. На большинстве из них уже спали кадеты Ордена, но некоторые были свободны. В дальнем углу зала были размещены четыре незанятые кровати на которых мы и расположились.
*****
- Ангел у меня есть для тебя новости.
Я стоял в белой комнате внутри которой находился серый консервативный стол и такие же серые простенькие стулья.
- Присаживайся – сказал Ангел, сидевший за столом.
Присев на жесткий стул, я задал вопрос:
- Это что за такой необычный интерьер? Неужели у вас в раю все так скудно и скучно?
- Ты за этим ко мне пришел? – Слегка улыбнувшись спросил Ангел – это деловой интерьер, взятый из одного из моих любимых миров. Специально для собраний и конференций.
- Миров? – спросил я.
- Да, ваш не единственный – Ангел замешкался – не знаю можно ли тебе это говорить, поэтому я больше ничего не скажу.
- Не знает он – недовольно пробубнил я. – Ладно я все равно к тебе по другому поводу пришел. Не знаю, каким образом, но в реальном мире у меня пробудилась твоя сила, ты ничего не мудрил?
- Пробудилась сила? – Ангел приложил ладошку к челюсти – Вот так озадачил. Это в принципе невозможно, ты уверен?
- Да, у меня обострились чувства и взглянув на свое отражение я увидел твои глаза.
- Правда? – Ангел встал из-за стола, подошел к белой стене, которая через миг стала стеклянной и открыла вид на какие-то постройки – Одиннадцатый, я правда ничего не делал и не знаю, как это произошло. Я буду изучать этот вопрос. Еще что-то?
- Да, еще кое-что – я встал со стула, превратил его в более удобное кресло и уселся обратно – перед тем, как меня насильно вытащили из Арены посредством сыворотки я увидел кое-что.
Я представил того мальчугана из “видения” вновь, чтобы Ангел смог все сам увидеть.
- Интересно, чтобы это могло значить – задумчиво произнес Ангел.
- А мне на вашу тусу ход заказан? – спросил появившийся у меня за спиной Демон, резко разбавив белый интерьер комнаты своим черным цветом.
- Тусу? Что это значит? – спросил я.
- Ой ну не придирайся ты так к словам. Так что тут у вас стряслось – Демон на секунду замер, видимо Ангел ему что-то рассказывал или показывал – понятно, это значит.
- Это? Ты что-то знаешь о нем? – с надеждой хоть на какой-либо ответ за сегодня спросил я.
- Знаю ли я его? Конечно, очень даже хорошо. – Ехидно улыбаясь сказал Демон.
Произошло короткое молчание, во время которого я надеялся, что он продолжит, но он все молчал, поэтому я спросил сам:
- Ну и кто это?
- А я, что добрый, по-твоему? – продолжая улыбаться ответил Демон – делал бы услуги направо и налево не было бы у тебя меня.
- Какой же ты все-таки… Демон – я резко вспомнил чем можно его шантажировать – ой, что-то к свету я начал склоняться, кто-то миссию может провалить.
- Давай без своих спектаклей, знаю же я, что ты так легко не склонишься – Демон обратился к своему врагу – Ангел, а ты что молчишь, не знаешь его, что ли?
- Нет, даже и предположений нет. И воспоминаний у Одиннадцатого о нем нету. Сначала я думал, что Одиннадцатый резко инквизитором стал и научился предсказывать, но после того, как ты сказал, что его знаешь, смутился еще больше.
- Ах да, я же активировался у Одиннадцатого слегка раньше, а ты видимо не успел.
- Успел к чему?
- Мне сказали не говорить, но вы знаете, как я люблю не слушаться. – Демон засмеялся – В общем, я успел до того, как Одиннадцатому заблокировали участок памяти.
- Заблокировали? – одновременно с Ангелом спросил я.
- Ага, именно из-за того, что я проснулся быстрее, ты с самого начала был расположен больше ко тьме – Демон демонстративно убрал пот со лба – ой что-то я сегодня разговорился, аж устал, ну что же я тогда пошел.
- Как всегда на самом интересном уходит – сказал Ангел.
- Стой, скажи хотя бы его имя – попросил я.
- Имя? Его звали Райс.
*****
“Имя старое, скорее всего он родился давно. Хм звали. Неужели он уже мертв?” – это последнее, о чем я успел подумать перед тем, как проснуться.