Бай почувствовал себя на редкость скучно, потому что знал, знал в подробностях все, что сейчас должно произойти. Сначала главарь слезет с мотоцикла и начнет бродить у джипов, многозначительно поглядывая на окруженных, а значит – испуганных автомобилистов, потом начнет задавать дурацкие вопросы и выслушивать дурацкие ответы, а потом кто-нибудь не выдержит и начнется пальба.
Главарь действительно вылез из седла, но бродить не стал; сложил покрытые цветными татуировками ручищи на груди и вытаращился на джипы.
– Вау! – выдохнул наконец он с неожиданным воодушевлением. – Ну и тачки! Из сити?
– Нет, – с некоторым напряжением в голосе ответил Бай. Главарь с интересом обернулся к Баю. Видимо, сразу уловил напряжение и теперь пытался его истолковать.
– Хм! Тогда, значит, из зоны высадки?
– Нет, – уже спокойнее ответил Бай.
– А откуда?
– Из Москвы.
Главарь задумался. Наверное, в этом мире не было места под названием Москва.
– Не знаю, где это, – сказал главарь, снимая зеркальные очки.
– Твое счастье, – ответил Бай, изумившись собственной наглости. Но на собеседника это произвело впечатление. Или это, или вид готовых к стрельбе ружей в руках ТП-шников.
Главарь вздохнул.
– М-да… Ладно, привет. Если полисы Хартланда спросят, видели ли вы Жигу с товарищами, вы уж, будьте так добры, скажите, что видели. Ладно?
– Ладно, – охотно согласился Бай. – Скажем, что видели Жигу с товарищами.
Главарь мотоциклистов надел очки и одним прыжком вскочил в седло. Мотор завелся с первого рывка. Вся стая тронулась разом, точно косяк рыбешек, вырулила на перегон и помчалась на запад. Никто больше не сказал ни слова, никто не обернулся, словно и не было здесь пятерых путников и ярко раскрашенных джипов.
Чен провел стаю глазами.
– Да, – сказал он с неприкрытым облегчением когда рокот моторов затих вдали. – Я думал, будет хуже.
– Хуже, – проворчал Тигр. – У них оружия не было. Куда ж на стволы с голой пяткой? Ты бы кинулся?
– Нет, – честно ответил Чен. – Я бы и с не голой не кинулся. На кой мне эти ребята?
Синицын бросил ружье на сидение и нервно хлопнул дверцей.
– Елы-палы! – сказал он и вытер лицо (не снимая очков) пестрым платком. – Что они от нас хотели?
– По-моему, – проворчал Тигр, – им просто понравились джипы.
Глядеть без улыбки на самодовольную лоснящуюся физиономию Тигра даже сейчас было невозможно. Казалось, в этом черном теле сконцентрировалось все жизнелюбие и оптимизм, ранее разделенное на пятерых. Более-менее живой вид сохранял, кроме Тигра, только Чен, но здешний Чен оказался таким же невозмутимым, как и московский, поэтому его оптимизм наружу не прорывался.
– Поехали, что ли? – поежился Бай. Ему даже есть совершенно расхотелось.
– Давай лучше подождем, пока эти уроды съедут подальше, – предложил Синицын. – Неровен час, догоним. Вдруг второй раз они не будут такими смиренными?
Чен усмехнулся и пошел подключать печку.
– Термос тащи, – скомандовал он на ходу Семе и тот покорно полез в багажник. Даже не сказав, что ему трудно.
А Бай, сжимая в руках ребристое цевье ружья, смотрел на гонимые ветром шары перекати-поля и мучительно думал – кто бы из них выстрелил первым, если бы пришлось стрелять? Кто?
И не находил ответа.
22
~# run console 3
@comment: change drive
@comment: rest mode
Троя выступила из дымки утром, но долго еще продолжала маячить далеко впереди, еле-еле приближаясь. Отдельные дома Аурел стал различать только к полудню, а вплотную приблизились к ним еще через час.