Женщина улыбнулась, посмотрела на мужчин, разглядывающих меня, словно никогда не видели, и положила руки на колени. Жест этот всегда казался мне жестом смирения, однако эти эмоции с бабулей просто не вязались, потому я нахмурилась, осознавая, что мне сейчас или будут лгать, или… она что-то натворила. Словно в ответ на мои мысли в кабинете раздался тяжелый вздох, и женщина произнесла:
– Ты прошла обряд превращения… в висталку.
Я взглянула на нее как на умалишённую и хотела было уже переспросить, как меня перебил отец.
– Точнее, твоя милая "Бабуля" принудительно его провела.
Взгляд бабушки можно было описать словами "Умри, и побыстрее", обращёнными к отцу. По ней было видно, что она еле сдерживается, но из последних сил контролирует себя. Еще раз шумно выдохнув, она качнула головой вперед, соглашаясь со своими мыслями.
– Да, я несколько… поспешила. Однако, если бы ты защищал свою дочь так, как следует, ничего не произошло! – на последних словах она закричала, повернувшись всем корпусом в сторону папы.
Меня ее ответ не устроил, тем более из их общих слов не было понятно абсолютно ничего, потому я обратилась к свободному Вольтеру, который судя по всему не планировал лезть в ссору.
– Висталкой можно стать?
Мужчина взглянул на меня чёрными неожиданно хищно блеснувшими глазами и улыбнулся. Родственники тоже замолчали, переводя взгляд с меня на Лорда. А я ждала ответа, пусть и не от него.
– Нет. Род твоей матери несёт в себе этот ген. У кого-то он лишь несёт информацию, а у кого-то, вроде тебя, просыпается, – произнес Феликс, все так же наблюдая за мной.
Отслеживал ли он мою реакцию или же просто наблюдал, было не понято, однако смутить меня было сложно, даже ему. Тем более после того, что со мной случилось.
– Что значит "Принудительно провела превращение"? – в очередной раз спросила я, обрадованная тем, что мне наконец отвечают.
Пускай от этой информации и появляются подозрения.
– Помнишь ту песню, которую Леди Актиния пела на балу? – задал вопрос отец, и, дождавшись, когда я кивну, продолжил, – каким-то немыслимым образом она активировала в тебе этот ген. Проблема в том, что должна она была это сделать намного позже!
Они с бабулей переглянулись, послали друг другу флюиды зла и демонстративно отвернулись. Вольтер же улыбнулся мне и произнес низким вкрадчивым голосом, словно говорил совсем не то, что я слышала.
– По правилам тебя нельзя было трогать до того момента, как ты родишь ребёнка. У женщины, уже пережившей состояние болевого шока, больше вероятность выжить.
Я кивнула и нахмурилась больше. Значит, у меня был шанс не очнуться и погибнуть от этого самого "превращения"? Звучит немного жутко, хоть во мне никогда и не было страха смерти.
Взор мой тут же метнулся к замершей на миг Актинии.
– Зачем? – тихо, но не желая опускать взгляд, спросила я.
Женщина хмыкнула, но промолчала, подняв и тут же опустив взгляд. Словно хотела что-то сказать, но передумала. Ответил за нее Вольтер, подтвердив то, о чем я и так догадывалась.
– Хотела спасти от меня.
Логики здесь, конечно, было мало. Например, зачем такие сложности, если через месяц я и так буду свободна? Или, допустим, почему после того, как я стала висталкой, именно Вольтер должен отказаться от меня? Но задать я их не успела, потому что на голову мне упал очередной ком снега.
– И еще, – произнес Вильгельм, нахмурив брови и непроизвольно заставив это сделать меня, – твоё "превращение" длилось несколько дольше, чем хотелось бы.
Все резко нахохлились и опустили глаза. Бабуля, которая чуть ли не подлетела на месте, улыбнулась мне, блеснув белоснежной улыбкой, и даже подмигнула.
– Насколько дольше? – спросила я, не веря собственным ушам.
Потому как слишком много проспать я не могла. Однако, судя по реакции всех присутствующих, все было именно так.
– Месяц! – пропела бабушка, сверкнув глазами в сторону агрессивно настроенных Лордов.
Те, не скрывая злости, сверлили женщину взглядами, а из моей груди раздался вздох облегчения. Что не скрылось от Вильгельма.
– То есть, ты знала?! – взревел он.
То ли радость, то ли ощущение безнаказанности дало мне уверенности в себе, и я не испугалась, напротив – подняла взгляд и ровным тоном произнесла:
– А я должна была рассказать тебе, папа? Чтобы ты использовал меня в своих целях?
Отец неожиданно стушевался и опустил взгляд. Но тут же усмехнулся, говоря даже не мне, а скорее самому себе:
– Ты выросла на Фобосе… глупо требовать от тебя подчинения. Слишком похожа на мать…