Я кивнула и вновь отвернулась.
– В том то и дело! Это просто невозможно… Чувствую себя дурой.
Сзади послышалось шебуршание, затем шаги и, наконец, справа мелькнула тень, вмиг превратившись в саму Марконтьяр.
– Ты говорила, что род тебе сообщил Вольтер, – она наклонила голову, будто присматриваясь ко мне лучше, – думаешь он не сказал бы, что все бесполезно? Думаю, он тоже искал эту информацию. Зачем только?! Непонятно.
– Мне иногда кажется, будто он хочет, чтобы я все сама поняла… Но ты права – в его действиях мало смысла.
Минутное молчание, которое нарушалось только легкой приглушенной мелодией снизу. А затем хмурое бормотание Драконьей принцессы:
– Вернее сказать "Мы не видим здесь смысла". Не думаю, что Князь стал бы что-то делать просто так.
Мой кивок.
– Хотя пугает меня не только это, – она запрыгнула на подоконник и села так, чтобы я смотрела только на нее, – я много раз видела его в замке отца. Чаще, конечно, когда папули там не было, но… Он злой.
Я усмехнулась. Несмотря на то, что была слегка напряжена.
– Я серьезно! – она взглянула на меня исподлобья, – он реально злой. Холодный, вечно агрессивный и взгляд… словно душу вытягивает.
Я развернулась, подошла к креслу и плюхнулась в него, наблюдая разочарованный взгляд подруги. А что я должна на это сказать? Испугаться и пуститься бежать до Белокаменного замка?
– Я к тому, что… что-то происходит, – она соскользнула на пол и облокотилась на стену, – слишком много странностей и загадок.
– Говоришь так, будто они недавно появились, – я взглянула в золотистые глаза девушки.
Та кивнула и подалась вперед:
– Они удивительным образом возникли в тот момент, когда в этом мире оказалась ты.
Я хрюкнула в рукав, но промолчала, не желая ломать ее не особо логичную теорию заговора мирового масштаба.
– Точнее все сразу забегали именно в этот момент и начали раскрывать некоторые карты.
– Ты иногда меня пугаешь своими шпионско-разгадывательными мыслями, – я закатила глаза, – интриги были и до меня. И уж точно образовались они не из-за меня! Скорее уж… я сую нос куда не просят.
Мао кивнула, но тут же бросила довольный взгляд в мою сторону.
– Возможно ты права. Да только, ты не знаешь насколько скучно здесь было без тебя! Все словно активировались, когда ты появилась… Да даже я решилась на побег незадолго до твоего появления!
Я встала на ноги и подошла к столу, села и постучала по нему ногтями.
– Просто совпадения, – я прикрыла глаза, чувствуя, как наваливается усталость, от которой я отгораживалась весь день, – я всем "нужна" по определённым причинам. Отцу, как наследница и та, кого можно продать подороже. Магистру и Майклу – потому что висталка. Бабушке и Барсику – потому что сильная магичка. А Вольтеру… не знаю. Но не думаю, что это большая и неожиданная любовь! Скорее уж очередные личные мотивы.
Марконтьяр затихла, опустив плечи и нахмурившись в несколько раз больше.
– Я просто боюсь, что эти чертовы вороны заклюют тебя… или разорвут и унесут каждый в своё гнездо, – через какое-то время произнесла она.
Золотые глаза были направлены прямо на меня, поблескивая из-под длинных чёрных ресниц упрямством, а также смесью из переживаний и злости.
– Я постараюсь остаться… целой. Как бы жутко это не звучало, – пообщалась я драконице, почему-то не особо веря в правдивость этой фразы.
Скорее, постараюсь скрыть за иронией собственные страхи.
Но Мао лишь качнула головой вперед. В жесте, не особо похожем на кивок, насупилась и явно постаралась придать лицу "верующее" выражение лица. Получалось у нее плохо, потому через несколько секунд она наигранно сплюнула и махнула на меня рукой.
Разговор был закончен. Пусть и не привёл к каким-либо выводам.
Но Марконтьяр пришла точно не для жутких теорий и тирад во вред моей аккуратности. Потому через пару минут молчания в комнате раздалось поспешное "Кстати!" и беды мирового масштаба были заброшены в дальний ящик.
– И долго будем оплакивать безнадежно прожитую жизнь? – Марконтьяр подскочила на ноги, села на подоконник, – собрала слюни и сопли в кулак и пошла всем показала какая ты! Точнее мы! У меня такой план фееричный! Аж, ух! А ты тут…
Я хмыкнула и встала сама, наверное, больше не желая портить ей настроение еще больше, чем веселиться самой. А веселье явно будет громадное. Мао мелочиться не любит.
– Что дальше, мой капитан? – поднесла руку к голове, – что будем творить?