18
Новая ночь началась с теплых объятий мамы и ласкового чмока в лоб. Как давно мы последний раз так же беззаботно лежали в обнимку? Кажется, это было в другой жизни. Возможно даже не со мной.
А разве у меня не началась новая жизнь? Магия ворвалась в неё настолько резко, что существование без волшебного нового мира стало бы тусклым. Сейчас же я чувствовала себя полноценной, как бы жутко это не звучало. Так или иначе, но мне безумно этого не хватало. Хотя, само осознание, что мама жила в Доме только из-за меня, вселяло желание улыбаться постоянно.
– Ну, все! Мы и так с тобой пол дня… то есть ночи провалялись, – вскочила родительница и рванула в ванную.
В любом мире и в любое время Рая была самой собой. Я же, повалявшись еще немного, забралась с ногами на подоконник и вгляделась в закатное небо. Лучи солнца прорывались сквозь потемневшие облака и окрашивали их в багряно-красные тона.
Волосы идущей по центральной аллее Королевы Драконов тоже казались красными. И ей это неимоверно шло. Как сказала бы мама, подлецу все к лицу. Одета она была в голубое легкое платье с очень открытым лифом и полупрозрачной юбкой с цветочным орнаментом. Фигура кстати у нее тоже была идеальная.
Магистр, тащившийся рядом, казался намного старше, чем я видела его последний раз. Особенно в сравнении со своей спутницей. Волосы поседели уже полностью, трость в руке говорила о затруднительном передвижении, а вторая рука, придерживающая за локоть Корделию, клонила ее вниз. По виду последняя стоически терпела, пускай и была не особо довольна своим положением.
Насколько я помнила из уроков и рассказов друзей, Драконья Империя – равноправная для полов держава. Однако Деймос сам по себе – противник женской самостоятельности, а потому лишь в крайне редких ситуациях позволял нам делать что-то не под мужским наблюдением. То есть сама ситуация была странной, причем не учитывая того, что супруг Королевы, тот самый который отец Мао, отпускал её с неродственным мужчиной шататься по миру.
Парочка шла медленно, разглядывая все вокруг и мило беседуя. Королева улыбалась, иногда даже запрокидывала голову назад от смеха, но холод из ее глаз не уходил.
– Гадюки сплели гнездо, – обреченно сказала маман, вытирая влажные волосы полотенцем и наблюдая за главами государств со мной.
Жизнь в этом мире налагала некоторые ограничения – раньше она бы сушила их феном.
– У тебя волосы быстрее расти стали, – сказала, рассматривая светлые корни, – ты блондинка?
Меня погладили по голове и «покинули чат», сбежав в ванную. Ну и не надо. Сама потом увижу. На Деймосе красить ей их нечем.
Змеи уже вползали в башню, скрываясь от моих глаз, как в дверь постучали. Вольтер вошел сродни самому хозяину комнаты. Зачем только стучал? Затем придвинул стул к моему оккупированному подоконнику и сел на него как царь горы. Ничего не меняется.
– Мам! У нас гости! – предупредила я родительницу, тут же высунувшую любопытную голову.
Мама оглядела Князя подозревающим взглядом и скрылась вновь. Как же это она от ехидства удержалась?
Лорд, кстати, сегодня был одет в строгий черный костюм, даже без плаща и белую рубашку. Последний элемент вызвал у меня подозрения, подтвержденные только все теми же «змеями».
– Доброй ночи, Леди Алиса, – отняв у меня руку, он поцеловал ее и положил обратно на колени, – Как прошел день?
Я аж опешила. Что это вообще происходит? Мама? Да вроде он при ней себя так не позиционировал. Что-то явно происходит, а я не при делах. Ну раз так, то можно и подыграть.
– Прекраснейшей ночи, Лорд Вольтер, – в ванной что-то упало, – все просто превосходно. Вы как? Всех девственниц расчленили? Трупы закопали? Что вы там еще темные маги делаете днями?
Мама выбежала, снеся собою столик, и, подлетев ко мне, схватила любимую дочь в охапку и припустила из комнаты. С какой скоростью и силой она это сделала, понять было сложно, но размах действий впечатлял.
– ВОЛЬТЕР! Ты совсем сдурела?! – ворчала мама, уже тяжело дыша и спускаясь по лестнице, – семейное проклятье, не иначе!
Чем ей Вольтеры не угодили? Помнится, Феликс вообще один единственный из всего рода остался. Ну подумаешь сильный темный маг. Прошлые деяния точно в серьез брать не стоит – он теперь почти добрый стал. А по поводу тирании и перевоспитать можно. Ему меня. Люди – существа адаптируемые.
Остановил ее только Вильгельм, с недовольным видом шагающий во главе роя служанок. Девушки всем скопом тут же спрятались за колонны и с интересом стали внимать очередному кошмару, причиной которому стала если не я, то одна убежденная паникерша.