– А это, собственно говоря, кто?
Маман тяжело вздохнула, успокаиваясь скорее внешне, села вновь на диван, почему-то на этот раз сдвинув меня на середину, и шепотом, чтобы никто не услышал сказала:
– Ничего, солнышко. Если что, сбежим, – уверяла скорее себя, чем меня родительница, – нам не впервой идти против этой чертовой системы.
Услышали естественно все. Но ответить я просто физически не успела, потому как Корделия Селитра засмеялось, словно колокольчики зазвенели, мне же от переизбытка сладости стало не по себе.
– Да без сильного мага вы и шагу не ступите! – на маму взглянули синие льдистые глаза драконицы, – как ты – слабая женщина сможешь кого-то защитить?!
Глаза Раи тут же приобрели яркий отблеск, готовый спалить противницу в мгновение ока. Но стоило ей открыть рот для ответа, как в кабинете завибрировал воздух, и тихий, почти утробный рык вырвался из моего горла:
– Не смей так разговаривать с моей мамой!
Мне казалось, что над нашими головами сгущались тучи. Королева нахмурила брови, но даже не думала раскрывать рот, что вообще было странным. А меня в этот момент все еще съедала дикая, почти неконтролируемая ярость.
– Хватит! – ледяной голос Князя, от которого я откинулась на спинку дивана и почти расслабилась, – вам не стоило приходить.
Непонятное чувство внутри. Словно я не могла не успокоиться и замолчать сейчас. Меня будто заставила я сама. Или… инстинкты?
– Лорд Вольтер! Я прошу лишь выслушать наше предложение… – пропел Магистр, наконец выйдя из тени Королевы, но пробираясь на свет несколько медленно и осторожно.
– Это не имеет значения, – строго сказал Князь, вновь оглядев главу Деймоса холодным взглядом.
– Подожди, Фил! Я хочу послушать, – я улыбнулась и подалась вперед к вытянувшимся лицам змеек.
Отвечать мне никто не стремился. Наоборот, в гостиной как будто стало напряженнее. Я оглядела Феликса, сидящего с поднятой бровью и смотрящего на меня со смесью удивления и задумчивости.
– Твою мать! – прошипела мама, тря лицо ладонями так, будто желала стереть свою моську.
Я опять что-то не так сказала? Можно было бы и объяснить необразованной мне, какой очередной смертный грех на мне висит!
– Кроме весьма нескромной суммы… – первым отвис Себастьян Райдер, но тут же был перебит истеричным королевским воплем, вовек теперь засевшим у меня в сознании ассоциацией с ее именем:
– Да как ты смеешь?! Да я ради него… Ты еще об этом пожалеешь! – женщина вскочила на ноги и припустила на выход.
Через несколько секунд над замком взмахнул крыльями самый настоящий светло-голубой дракон. К сожалению мое внимание в этот момент занял схвативший за руку и непреклонно поднявший меня с диванчика Вольтер, бросивший сначала мне:
– Пойдем! – а затем опешившему Магистру, – я отказываюсь от вашего предложения.
Я, было попытавшаяся возразить на не особо приятные действия, была почти выволочена в коридор, однако последним, что я успела заметить, был Вильгельм, наливающий темную жидкость из графина в бокал и его тихий вопрос маме «Вам налить?». Так и хотелось пробурчать что-то по типу «У вас алкогольная цепочка что ли? От Вольтера отцу, а от него до мамы добрались!». Но я смогла лишь услышать усталый «Угу» Раи, и за нами закрылась дверь.
Феликс, не особо считаясь с моим испуганно-обиженным воплем, резко развернул меня к себе лицом и схватил за подбородок, заставив запрокинуть голову.
– Ты же понимаешь, что она будет мстить? – рычащие нотки в голосе выдавали его крайнюю степень злости.
В ушах стучала кровь, а сердце почти выпрыгивало из грудной клетки. Строить теории его успокоения я сейчас точно не в состоянии, потому как была определенно напугана, пускай и не попыткой навредить мне Королевой. Скорее черными мерцающими глазами, проникающими в самое сознание и выбрасывающими из нее всю возможную дурь.
Потому не знаю, что именно я сделала не так, но я прогнулась под него.
– Прости.
Князь последний раз сверкнул глазами и успокоился, отпустив мой многострадальный подбородок и делая шаг назад, будто исправляя катастрофичную для этикета ситуацию. Его лицо вновь не выражало ничего, потому я подошла сама. Привычно ткнулась лицом в теплую, пахнущую только им ткань пиджака и успокоилась. Меня обвили сильные мужские руки, и над головой раздалось:
– Лиринтон.
Послышался стрекот и шуршание крыльев над головой, потому я даже не испугалась, когда на плечо села привычная птичка – мирида, сложившая лапку на лапку и уставившаяся на Князя.
– Заблокирую переходы для всех, кроме членов семьи, – вольтеровский приказ.