Птичка послушно кивнула и улетела, видимо выполнять сказанное.
Я же нахмурилась. Какого черта моя мирида слушается… его? Как-то это неправильно даже с точки зрения логики. Хотя, Феликс вообще сам по себе темная лошадка, но какого бритого лешего он это делает?
Вольтеровское поведение всегда было слегка непонятным, однако с каждым днем я все больше ломала голову над казалось бы простыми действиями с его стороны. Было понятно, что мужчина чего-то добивается, и его действия всегда направлены на достижение его личных целей, непонятных нам смертным.
Спрашивать его о чем-то подобном было абсурдной идеей лишь потому, что отвечать он не будет. Потому я нахмурилась, развернулась в сторону лестницы и молча направилась завтракать. Хотелось хоть немного спокойствия и сопутствующего ему снятия напряжения. А как всегда самым лучшим способом это сделать, было поесть чего-нибудь вкусненького. Тем более это помогало, если с вечера ничего не ел.
Вольтер почему-то пошел за мной, даже не спросив, куда и зачем мы идем. Странный он. Вспомнила, как сама веду себя периодически. Ну да, мне ли говорить. Так и начинают посещать крамольные мысли о том, что мы с ним «идеальная пара». Жаль только, что они глупые.
Мы шли по крытому мосту без окон, соединяющему два крыла. Белые колонны были увиты цветами, как покрывалом, а немного облокотившись на подоконник, можно было увидеть мою башню с водопадом. Почему я здесь раньше не была? Сразу заходила с центрального входа.
Еле различимый гул перерос в свист, и в меня с размаху что-то врезалось. И я бы свалилась, если бы меня не поддержали за локоть.
– Что это… было? – воскликнула я, пытаясь рассмотреть, что там внизу под ногами.
Вольтер в ответ улыбнулся и, не отпуская моей руки, бережно провел ладонью по щеке, оставляя на ней теплый след. Меня вновь можно было соскребать с пола как растаявшее мороженое. Спасибо, что хоть не замурчала. А то я была на грани.
– Это почта, – сказано было так, что мурашки побежали по телу.
И почему я так на него реагирую? Помнится, тот же Барсик распылял вокруг меня свои «флюиды влюбленности», но у меня не было реакции. Причем вообще никакой. Не странно ли это? Как по мне – моя жизнь стала странной именно в тот момент, когда в ней появился Вольтер. До этого в ней все шло относительно плавно.
Помахала рукой между нами, разгоняя «розовые сопливые сердечки» и присела рядом с плотно запакованным в обычный пергамент свертком. Бумажная упаковка кое-где прогорела, но к счастью не рассыпалась и не тлела. Подумала, что посылка наверняка адресована мне, не зря же она в меня влетела, затем достала письмо и начала вглядываться в начерченные черными чернилами символы деймосовского всеобщего языка.
Разобрать что-то не представлялось возможным, потому весь мой природный феминизм заявил о капитуляции и свалил нижайше просить высшие силы о милости. Протянула руку и с мольбой посмотрела на Феликса.
Но видимо вместо высших сил мне достались низшие, то есть дьявол во плоти, потому как с улыбкой даже не на миллион, а на миллиард, мне сказали:
– Проси.
Почти как «Умоляй!». Что что, а такого я от него не ожидала. Хотя… от Вольтера можно ждать вообще чего угодно.
Скомкала лист и опустила руку, зло сощурив глаза.
– Я тебя ненавижу! – прошипела и уже собралась идти к папандру, как в спину мне полетело:
– И я тебя… ненавижу.
Я аж на месте встала. Звучало крайне двусмысленно. Но я – не я, если бы не была самовлюбленной дурочкой и не переспросила:
– Что?
Но Вольтер явно не собирался пять раз мне повторять одно и то же, потому он стоял, облокотившись на колонну и, скрестив руки на груди, держал мой листок в руках. Ээээ… когда он его скоммуниздить успел? И почему я этого не заметила?
– Понятно.
Что ему понятно то? Мне вот вообще ничего не понятно. Поэтому подскочила, встала у его плеча и начала вглядываться в листок вместе с ним. Понятней от этого не стало. А жаль.
Князь же взмахнул рукой, открывая портал у моей башни.
– Куда мы там шли? – спросил Лорд, с улыбкой рассматривая мое упрямо-воинственное выражение лица.
Живот тут же отреагировал на мысли о еде и, схватив Феликса за локоть, я потащила его в столовую.
– Почему все так отреагировали, когда я тебя по имени назвала? Ты же сам разрешил, – спросила, затаила дыхание и даже остановилась на месте, не желая пропустить ответ.
Что-то очередное этикетное? Пора бы уже переставать маяться дурью и заняться самообразованием. Почитать соответствующую литературу на досуге.