Все было в нежно-кремовых тонах. Кровать, та самая, что нарисовала я, была в два раза больше задуманной, но места при этом занимала не так много. Так что Вольтер от себя добавил длинный стол, несколько стульев, пару кресел, журнальный столик и книжную полку, уже забитую книгами.
Первая же гласила: «Правила этикета для чайников». Злобно посмотрела на этого шутника, который сто процентов выбирал наполнение моей мини библиотеки самостоятельно. Где он вообще такую раздобыл? Она же явно с Фобоса.
Следующие пять я оглядела мельком, потому как ничего отличного от первой в них не было, а вот шестая – яркая с вызывающей картинкой на обложке и названием «Любовный мрак», вызвала у меня прямое невыносимое желание приобщиться к литературе Деймоса. Что же это за мрак такой?
Хрюкнув, села на подлокотник кресла и открыла роман явно эротического содержания. И вот напряг меня ехидный смеющийся взгляд Вольтера. Но с интуицией у меня всегда плохо было, потому решила рискнуть. И прочитав, запустила книгой в Лорда. Та упала, так и не долетев, а обложка отклеилась, явив нам «Этикет для юной леди». Феликс поднял учебник и аккуратно положил на стол. Спасибо, что хоть не погладил напоследок.
Подошла и плюхнулась на кровать, удивившись тому, что не провалилась как обычно. Подняв впопыхах кучу одеял и покрывал, дошла до матраса. Неужели никаких перин?
– Господи, спасибо! – взмолилась я, на радостях снова завалившись на спину.
– Пожалуйста, – ответил Бог голосом Вольтера, или наоборот.
Тут с какой стороны посмотреть. Вновь села и посмотрела в выжидающие глазищи этого… хитреца. То, что он ждет, скажем так, «оплаты», было очевидно. В какой форме тоже.
– Только в щеку! – поставила условие я и подошла к Князю, уже готовому получать свой приз.
Меня ласково усадили на колени и приобняли. Нет, ну сама же напросилась.
Подалась вперед и прикоснулась губами к гладко выбритой щеке. Далеко отстраниться у меня не получилось из-за сцепленных за моей спиной рук, так что мы так и сидели – он – прижимая меня к себе, а я – уткнувшись носом ему в шею.
Фил пах лесом после дождя, огнем и чем-то неуловимо знакомым. Знакомым с детства.
Снова не мои воспоминания? Что ж, я не против знать об Алессе кое-что более весомое, чем имя и возраст. Возможно, вскоре девочка сама будет давать мне подсказки.
Сколько мы так просидели, не знаю, но вскоре служанка принесла обед и набор посуды на двух человек и удалилась.
Голову я уже давно положила к жениху на плечо, ноги закинула на подлокотник кресла и расслабилась, почувствовав, как наконец отпускают все переживания. Уснула я быстро, прислушиваясь к мирному сопению Вольтера.
19
Проснулась я от тихого гула голосов, но открывать глаза не спешила. Я все еще лежала на женихе, так что слышно его было просто превосходно.
– …Он требует ритуала… – мама была расстроена, зла и сильно волновалась.
Что за ритуал? Связано ли это со мной? Не тот ли самый, что требовал папа? Не думала, что у маман с Вольтером могут быть какие-то темы для разговора.
– Симбионт вполне успешно существует в этом теле. Лесси не даст ему даже приблизиться к себе. Инстинкты сработают, – Феликс как обычно отвечал нехотя, будто его этот разговор утруждал.
Такое ощущение, что он про паразитов говорит. Нам на биологии тоже рассказывали о них, и именно такими словами.
А еще меня очень пугает осознание того, что Вольтер начал называть меня так же, как это делала мама в детстве. Лесси. Не Алиса или Лиса. Именно Лесси. Ни от отца, ни от Фила я не слышала этого имени ни разу до… библиотеки? Почему-то именно тогда это резануло по ушам, но я не придала ощущениям особого значения.
Кажется, сейчас я догадалась об еще одной странности: имена Алесса и Лесси более созвучны друг с другом, чем с моим. Не значит ли это, что мама, знающая все изначально, желала видеть и слышать ее, а не меня?
– Она признает в тебе Альфу. Подчиняется, но чувствует привилегии, – надрывный голос мамы почти заставил меня вздрогнуть, – это пугает меня даже сильнее Вильгельма, желающего подставить под удар мою дочь.
Вольтер в ответ хмыкнул, но промолчал. С минуту в комнате было тихо, и я было собралась уже «проснуться», но тут же заговорила Рая:
– Ты многое знаешь, – усмехнулась родительница, – но кто мы и откуда – тебе неизвестно. Иначе ты бы узнал меня в первую секунду.
– Я знаю, что ты подселенка, – удивил меня Вольтер, – и… тяжела шпионская доля, да, аларин?