– Я всегда разрешала тебе встречаться с мальчиками.
Странное начало разговора, но я села на кресло, которое недавно занимал его наглейшество, и начала внимать.
– Но ты никогда никого к себе не подпускала. Потом появился Барсик, и я уже понадеялась…
У меня был ступор. Понадеялась на что? Что я с ним пересплю? По крайней мере именно в ту степь разговор и шел.
– Ты же знаешь, что все маги делятся по силе? – я кивнула, – восемь ступеней придуманы для какой-никакой градации на сильных и слабых.
Она остановилась и пробурчала что-то непонятное. Я все еще сидела и недоумевала по поводу первых двух фраз.
– Но чаще всего у высших Лордов рождаются дети выше этой градации. Намного выше, – многозначительная пауза, и из ее рук выпал смятый платок, – таких мальчиков отдают в военные школы почти с рождения. Там их учат контролю – сдерживанию силы. Но главной проблемой является возрастание силы физической, той, что растет наравне с магией. Такие дети просто убивают всех, кто им не понравился. Ломают кости, почти не прикасаясь.
И я вспомнила, как был сломан стол в вольтеровском замке при его прикосновении. Разве может маг одной рукой крошить плотное дерево? Ко всему прочему Мао в один из первых дней рассказывала что-то подобное.
– Их конечно же учат сдерживаться… но если им попадается невинная девушка, к-к-как ты… то… они вас просто убивают. Точно не знаю, но происходит перестройка, пара сломанных костей только ухудшают дело, и организм просто не выдерживает. Несколько дней агонии и смерть.
Я смотрела на нее с ужасом. Богиня, разве так бывает? Первый секс и смерть? Жутковато все это звучит. Вот к чему эти разговоры про то, как я могла ни с кем не спать в Доме. Взаимосвязь явно прослеживалась, да и логика в этом была, но…что? Спать с кем-то только чтобы в момент близости с тем, с кем реально хочется, не умереть? Ну не знаю, что из этого хуже.
– Спасают только духи рода, но они активны лишь в ночь свадьбы.
Вот и сказочке конец. Все, раскрыта теория заговора. Рая пытается сказать, что целибат до свадьбы – это круто, важно и нужно. Поднимаю бровь и смотрю на нее с улыбкой.
– Я не шутила. И не смотри на меня так! Я пытаюсь защитить тебя, – ее аж перекосило от гнева, – Могла бы и переспать с кем-нибудь с Фобоса. Да даже тот же Барсик не так страшен.
Я захохотала. Просто не смогла сдержать смеха. Мне серьезно сейчас любящая и любимая мамочка предлагает то, от чего должна отговаривать? Мой мир перевернулся даже больше, чем в тот момент, когда я узнала о магии.
– Мам, у него нюх как у лабрадора! – и затем тише продолжила, – а я вроде как собралась дать ему шанс и…
Маман закатила глаза, скрючилась как от кислого и опустила плечи. А я осознала, что именно сказала. Богиня, почему именно это пришло мне в голову, дабы успокоить маму?
– Значит, до свадьбы сидите и за ручки держитесь! – и она выскочила из комнаты, бурча что-то новое себе под нос.
Но как бы сильно смешно мне не было, глупой я себя не считала. И как бы не был хорош Вольтер, он все равно немного пугал: силой, странным поведением, непонятными действиями и отношением ко мне. А значит лезть на рожон и вправду не стоит. Пускай таких мыслей до этого момента и не возникало.
В конце концов мамуля решила не оставлять без внимания кучу моего свободного времени, которое ни в коем случае я не должна посвятить Феликсу. Поэтому меня припрягли к садоводству и огородничеству. Снова.
Длинный шланг тянулся из окна подвала замка до клумбы розовых ромашек с зеленой сердцевиной и запахом дыни. Пахло сладко, хотелось почему-то на Фобос. С его нормальными ромашками и дынями.
Жарко сегодня. Несмотря на относительно прохладный день.
– Хочешь сказать, – вещала Мао, как бы подводя итог тому, что рассказала ей я минутой ранее, – что в тебе сидит четырехлетняя девочка, которую от кого-то прячут. Так?
Я кивнула.
– Лааадно. Рая, Вольтер и твой отец про это знают. Вильгельм при этом хочет побыстрее избавиться от подселенки, а госпожа «приемлемое поведение» не допустить эм… выселения?
Вновь кивок.
– Что тогда надо Князю? – подруга подняла на меня озадаченный взгляд и переместила струю воды вбок, дабы лужи было две.
Она, кстати, отрабатывала то самое наказание за сквернословие, и цитирую Раино «драку на глазах у воспитателя». Я же попала под раздачу своим длинным языком и… другим местом. Так и хотелось съязвить, что правильной и с чувством собственного достоинства воспитала меня она. Потому ее «делай что говорят» беспочвенны.