– В том и проблема – никто не может понять его мотивов! Он вечно говорит непонятные фразы, от которых у мамы волосы дыбом встают. А мы с отцом ничего не понимаем! – я отобрала у Марконтьяр шланг, дотянула его до противоположной стороны клумбы и, зажав пальцем, показала, как именно нужно поливать, дабы не угробить цветочки.
И не получить от Вильгельма на орехи. Прием «фонтан обыкновенный» девушке понравился, у нее аж глаза загорелись, и я облегченно вздохнула, встав на свое прошлое место и принявшись высаживать луковицы очередного стрёмного растения. И почему мне всегда достается самая грязная работа? Взглянула на довольную драконицу, поливающую злого и мокрого Барсика, и закатила глаза. Ну да, к чему это я.
– Рая в любом случае права, не подпуская его близко к тебе, – произнесла она, подкравшись обратно ко мне, – я вообще не понимаю, как ты рядом с ним можешь находиться! Он… пугающий.
Странно было слышать подобные слова от Мао, но такого мнения были абсолютно все, кого я когда-либо видела из контактирующих с Князем. И говорил этот факт о том, что я бесстрашная или просто идиотка. Или бесстрашная идиотка.
– Я… не знаю, – мой голос превратился в шепот, а лицо стал темнее грозовой тучи, – мне иногда кажется, что мы становимся очень… близки, – бровь подруги подлетела вверх, и я отрицательно мотнула головой, закатив глаза, – не в том смысле! Но потом… он словно специально отдаляется. Контролирует, но держит на расстоянии.
Марконтьяр приободряюще мне улыбнулась, но тут же нахмурилась – тема для обсуждения была явно не ее.
– Лис… у тебя сейчас выбора нет. Играй пока по его правилам. Рано или поздно ты что-нибудь узнаешь. И тогда отыграешься сама! – драконица ехидно хохотнула и побежала мучить Барислава дальше.
Я пронаблюдала как девушка с диким кличем подбегает к объекту своей охоты, и тот самый фонтанчик летит в не успевшего понять в чем дело парня. Барсика определенно было жалко. Но я была по-своему рада, что он хоть в какие-то мгновения не остается один. Потому как во всю эту историю втянула его я, пускай и поступила с ним довольно жестоко. Но ни я, ни он сам не обещали быть вместе вечно. Никто не давал никому клятв и заверений. Жаль только, что все мои успокаивающие совесть фразы никогда не работали.
Послышались голоса в отдалении, на балкон второго этажа центральной башни вынесли кресло-качалку, и вышла маман. Тааак. Что-то определенно намечается.
Стою, нещадно копаю ямки под цветочки и сую туда луковки. Кошусь на маму. Она смотрит на меня в упор и улыбается настолько ехидно, насколько это вообще возможно, покачиваясь в своем кресле. Голоса становятся отчетливее, и из-за поворота выруливает Вольтер собственной персоной. Черная рубашка расстёгнута и заправлена в черные же брюки, открывая превосходный вид на… то, что раньше закрывали пиджаки и плащи. Щеки заалели от крамольных мыслей. Подтерла слюни и продолжила любоваться ленивой походкой Князя.
– Сожрет или не сожрет… – громко, и так чтобы все слышали, сказала Мао.
И получила луковкой по макушке.
Лорд сел на лавку напротив нашей клумбы и с улыбкой начал рассматривать мою заляпанную грязью моську. Посмотрела на мужчину, словила немного насмешливый взгляд. И чуть не промазала мимо лунки.
– Сожрет! – крикнула Марконтьяр и, не выжидая ответа, направила на меня струю холодной воды.
Но меня это мало заботило, потому как на скамейку опустилась Королева Драконов. Протянула Вольтеру для поцелуя руку и, поймав возможность, наклонилась, явив верхние сто двадцать, если не больше, всему миру.
Мир впечатлился. Маман так вообще поцокала языком, мол «детка, она вне конкуренции».
Феликс улыбнулся этой… нечестно играющей женщине и получил томным взглядом как стрелой. А Корделия защебетала что-то низким чувственным голосом, от которого у меня даже мысли нехорошие появились, не то, что у Вольтера.
Терпение мое лопнуло еще минуты две назад, но что я могла сделать? Как оказалось, ничего. Зато все могла Мао, что она и продемонстрировала – в очередной раз мазнув по мне холодной струей, последняя была направлена на не ожидавшую подвоха Королеву. Не знаю кому повезло больше, подруге или Феликсу, но сидела эта дама достаточно далеко от Лорда, а потому до него капельки не долетали.
Корделия вскочила на ноги, явив лик страшнее чупокабры, потому как косметика у нее оказалась очень неводостойкая и, заорав благим матом, начала жаловаться Князю. Причем почему-то на меня:
– Лорд… буль-буль… приструните свою невесту… буль-буль…
Меня пробрало еще с Лорда Буль-Буль, как и саму Мао, так что шланг трясся, а наш хохот был слышен за пределами замка.