А свою похоть к Ив я удовлетворю, когда закончу.
Глава 20
Ив
Посторонний голос пытается достучаться до меня. Он назойливый и испуганный. Что-то тупое и настойчивое постукивает меня по плечу, но я пока не хочу открывать глаза. Впереди меня ждет сон, и он может оказаться самым лучшим на свете. В нем он улыбается. Я никогда не видела, чтобы он делал это раньше, и это настоящая, легкая улыбка. Теперь нет тьмы, только свет. Здесь только он и я — мы вместе.
— Сеньорита Ив... пожалуйста. О, пожалуйста, проснитесь, моя принцесса. Они идут, они идут!
Голос становится все более настойчивым. Его уже невозможно игнорировать.
«Пожалуйста, уходи», — умоляю я, но от давления мою руку начинает жечь. Со стоном разочарования я заставляю себя открыть веки.
Сразу же чувствую, что что-то не так. Сейчас ночь. Моя комната должна быть погружена во тьму, окаймленную лишь одним-двумя лучами света фонарей. Вместо этого стены мерцают красными и янтарными тенями, а мои ноздри наполняются резким и едким запахом.
Огонь!
Дом горит!
Испуганная, я сажусь, когда шум выстрелов разрушает тишину вокруг меня. В то же время силуэт миниатюрной фигуры бросается на меня и начинает душить блестящей рекой волос. От нее пахнет лавандой, а щеки мокрые от слез. Я чувствую влагу на своей коже.
— Ох, сеньорита. Ну, Слава Богу!
— София? Остановись… я не могу дышать! — хриплю, толкая ее в плечи.
Она отпускает меня и садится на корточки на полу рядом с кроватью. У меня пересохло во рту, а голова все еще кружится от сна. Я ударяю рукой по тумбочке, вслепую ища воду и выключатель лампы.
— Позволь мне просто...
— Нет! — шипит она, хватая мою руку, и я чувствую, как ее тело дрожит. — Так они увидят нас, мы должны прятаться в темноте.
Следующее, что я осознаю, как она тычет в меня моим стаканом, да с такой силой, что вода разливается, пропитывая мою руку и простыню.
— Черт! Кто? Что происходит?
Я вглядываюсь сквозь мрак туда, где она стоит на коленях рядом со мной. Я не вижу выражения ее лица, но чувствую едкий запах ее страха под лавандой. В правой руке она сжимает что-то похожее на деревянные четки и продолжает накручивать бусины на свои тонкие пальцы.
— Мы должны спрятаться. Надвигаются ужасные люди, чтобы причинить нам вред!
Страх сжимает меня крепче, чем ее объятия.
— Это настоящие дьяволы, сеньорита. Вы должны встать.
О, боже мой.
Я спускаю ноги с кровати и проливаю еще воды, на этот раз на свою обнаженную грудь. Сейчас я подпитываюсь чистым адреналином. Я чувствую, как он течет по моим венам, такой же сильный и интенсивный, как любой наркотик.
Какие плохие люди? Она имеет в виду врагов Данте?
Вдалеке раздаются звуки взрыва и сердитые крики, прежде чем развязывается новый залп перестрелки. На этот раз он доносится с пляжа под моим балконом. Мгновение спустя раздается громкий стук в дверь моей спальни, и мы обе вскрикиваем от испуга.
— Это я, Мануэль, — кричит голос.
Молодой охранник врывается в комнату с автоматом, перекинутым через левое плечо, еще одно оружие пристегнуто к бедру. Его темные глаза сверкают в темноте, впитывая огненные цвета за моим окном.
— Мы уходим, сейчас, — настаивает он, — у нас есть минуты, если не меньше.
Мануэль делает еще один шаг ближе, и я издаю крик ужаса. Теперь свет отбрасывает слабый отблеск на остальную часть его лица. Я вижу сильные кровоподтеки вокруг обеих глазниц и по всей одной стороне его челюсти.
Пожалуйста, скажи мне, что это не дело рук Данте.
О, боже, где он? Где он?
Мужчина бросает взгляд на мою наготу, а затем поспешно отводит глаза.
Смутившись, я хватаю свободную простыню и укручиваюсь в нее.
Данте определенно убьет его за это.
— Пожалуйста, поторопитесь, сеньориты, — повторяет он, не поворачивая головы. — Они почти возле дома.
— Кто ты, Мануэль? — умоляю его ответить, отказываясь сдвинуться с места.
— Позже… когда вы будете в безопасности.
Он взволнован и теряет терпение. Я понимаю, что сейчас не время для моего упорства.
— София, мне нужен лифчик, футболка и юбка.
Женщина вскакивает на ноги и бросается через спальню к шкафу. Я обещала Данте, что буду в безопасности, но будет ли то же самое с ним ради меня? Она возвращается с вещами, и Мануэль отворачивается, чтобы я могла одеться. Застегиваю лифчик и натягиваю футболку через голову, в то время как мои мысли разлетаются, как атомы. Никакого потока сознания, только обрывки фраз и слов: Должен скрываться… Данте… это просто дурной сон… Я хочу вернуться домой…
В последнюю минуту я хватаю его складной нож с тумбочки и засовываю в бюстгальтер спереди, как Данте мне показал, стараясь не содрогнуться от отвращения, когда чувствую, что металл плотно прижат к моему сердцу. Неужели это было только вчера? А кажется, что целую жизнь назад. Возможно, он прав… Может быть, я никогда не узнаю, на что действительно способна, пока кто-нибудь не попытается украсть у меня жизнь. Я молю Бога, чтобы мне не пришлось выяснять это сегодня.
— Пошли, — говорит Мануэль, трусцой направляясь к двери. — Есть место, где мы можем спрятаться, — он касается руки Софии. — Родриго только что рассказал мне о нем, я должен отвести вас прямо туда. Это подземный бункер сеньора Данте.
— У Данте есть подземный бункер? — удивляюсь я.
Он кивает.
— Вход через библиотеку.
— Ты уверен? Я знаю каждый сантиметр этого места, Мануэль. Я была заперта в этой тюрьме в течение нескольких дней. Там нет входа в бункер.
Он хмурится, услышав неуверенность в моем голосе.
— Только сеньору Данте и Грейсону было о нем известно. Сеньор Данте сообщил о его существовании Родриго вчера, прямо перед тем, как сел в свой самолет.
Я снова резко останавливаюсь, и София своим мягким телом врезается в мое левое плечо.
— Извините, сеньорита, — ахает она.
Может именно там Данте прятал от меня свою одежду и вещи?
Мое сердце начинает выбивать дикий отрывистый ритм. Как я могла находиться так близко к его секретам и ничего не знать об этом месте? Внезапно моя жажда узнать вытесняет все остальное. Мне нужно раскрыть эту загадку о его личности.
— Отведи нас туда, — приказываю я молодому охраннику, бросаясь к нему.
— Идем.
Он выходит в коридор и жестом приглашает нас следовать за ним, затем стягивает с плеча пистолет и снимает его с предохранителя. Еще один взрыв сотрясает фундамент дома. София издает сдавленный всхлип, а Мануэль чертыхается.
— Ложитесь, — шипит он, и мы в унисон падаем на колени.
— Кто это делает, Мануэль? — вновь молю ответить я. — Кто нападает на территорию Данте?
Он не отвечает, но в полумраке коридора я вижу, как они с Софией переглядываются.
— Я сказал, не сейчас.
Мои глаза начинают привыкать к темноте, когда мы спускаемся вниз, держась низко и осторожно. Пересекая лобби, мы входим во вторую из четырех дверей — вход в библиотеку Данте. Здесь через двойные окна появляется четкий обзор на шестой сектор. То, что я вижу, открывает мне глаза на всю опасность нашей ситуации. Языки пламени лижут крышу ближайшей казармы, затемняя гофрированные гребни своей обжигающей интенсивностью.
Враги Данте не проявят ко мне милосердия.
Как и Данте — к ним.
Отключившись от своих мыслей, я спешу присоединиться к Мануэлю и Софии у большого книжного шкафа, который занимает всю длину и ширину одной стены. Я слышу, как он шепчет ей инструкции на испанском, когда они ощупывают край каждой полки.
— Что вы ищете? — спрашиваю.
— Кнопка, рычаг... какой-то механизм.