Маринетт завершила свой рассказ:
— Ты не что-то хорошее или не что-то плохое в моей жизни, Феликс, — она затаила дыхание, глаза ее необычно заблестели: — Ты – невероятное. Потому что появился и за сутки снёс всю мою прошлую жизнь. И несмотря на боль, унижение, раскрытие личности… я чувствую, что мне легче и лучше, чем вчера.
Феликс дослушал ее откровенный монолог с таким же блеском в глазах. Маринетт в моменте пожалела, что столько наговорила. Он посчитает ее слабачкой. Или он устал слушать о ее ничтожных проблемах?
Феликс накрыл рукой прохладную ладонь девушки и ласково позвал ее:
— Скажи мне, когда в следующий раз придётся нести чехол. Мы с Натаниэлем тебя отвезём, — Феликс немного надавил ей на пальчики. — Ты какие машины предпочитаешь?
У Маринетт выступили невольные слезы. Было неожиданно и приятно спустя год услышать, что кто-то хочет тебе помочь. Она с огоньком в глазах расплылась в улыбке:
— Леди Баг должна кататься на самых лучших, не так ли?
— А ты входишь во вкус, — Феликс Феликс усмехнулся с восхищением в голосе и машинально погладил ее ладонь, поднимаясь пальцами до тонкой кисти.
Внезапно в кустах что-то свалилось и зашипело, Маринетт выдернула руку, а Феликс заметил кошку, которую Натаниэль до сих пор не запер в комнате. И никто не видел Нуара, напугавшего ее.
Маринетт и Феликса снова пересеклись взглядами. Чувство спокойствия и наслаждения растекалось по венам. Не было ощущения, что они играют роли или ждут окончания свидания.
Феликс забыл про время и режим, Маринетт забыла про патруль.
— Доедай, а то остывает, — Феликс кивнул на тарелку с жульеном. — Повар постарался, правда?
— Да, у него золотые руки.
— Тебе пора задавать новый вопрос, — Феликс обнял себя за плечо, взял бокал и оперся на спинку кресла.
Маринетт зажевала губу, раздумывая, стоит ли ошеломить его вторым вопросом.
— Я это спрашиваю, чтобы в будущем не испытать унижения, — Маринетт так и не подняла глаза на Феликса. — Как у тебя… эм… ты же до меня с кем-то встречался, наверное? Да, точно.. Я это… ну…
Маринетт поняла, что ее сейчас накроет лавиной под названием “мямля”, и вовремя закрыла рот.
Феликс свел брови, думая, правильно ли он понял подтекст.
— Ты про секс?
Маринетт залилась краской.
Феликс глубоко вздохнул и подался вперед, отставив бокал.
— Да, понимаю, такие вещи нужно обсудить, ты молодец, что спросила. Я обещаю тебе, что на время контракта у меня не будет никаких связей. Ни с кем. Если говорить про прошлое, то у меня были девушки. Была ли та самая? Нет. Если тебя на интервью спросят, или твоим родителям станет интересно, отвечай как-нибудь самодовольно: муж сказал, что жизнь до меня была существованием.
Маринетт опять заулыбалась, поражаясь тому, как он всё переводит в шутку.
— Что, даже имен не скажешь?
— Я их забыл.
— И первый поцелуй не помнишь?
— Всё настоящее было только с тобой.
— Как же красиво ты заливаешь, — Маринетт допила вино и громко опустила бокал. — Что ж, твоей будущей настоящей девушке, — она сделала акцент на последних словах, — повезёт.
— Я думаю, тому самому, в кого ты влюблена так долго, уже повезло, — Феликс заново наполнил бокалы, предлагая новый тост.
Адриан затаил дыхание. Ни Феликс, ни Маринетт так и не назвали имя того самого.
Маринетт стиснула губы. Ага, будет она нужна Адриану после развода, как собаке пятая нога.
Они еще долго говорили о детстве Маринетт и ее огромной семье, об образовании, французской кухне, нюансах работы Феликса, и оба искренне радовались, когда узнавали новое друг о друге. А ещё Маринетт к концу разговора поняла, что Феликс заслуженно занимает место руководителя. Чувствовалось, что он всего добился сам.
— Доброй ночи, — накинув на плечи плед, заботливо принесенный Феликсом, Маринетт остановилась у двери в комнату.
Феликс ответил не сразу, досадуя, что время так быстро пролетело. Он грустно улыбнулся:
— А как же поцелуй на прощание?
Кот Нуар в кустах окончательно взбесился.
— Ах да, — Маринетт сделала вид, что смутилась, прижала пальчики к губам и дунула на них: — Лови!
Феликс в долгу не остался и прижал ладонь к губам:
— Запомню на всю жизнь.
— Дурак.
— Спокойной ночи, Маринетт.