Калайялл Гарс мгновенно сориентировался, кто здесь настоящий монарх, и, почтительно поклонившись старику, сразу обратился к молодому вождю.
— Позвольте засвидетельствовать мое глубочайшее уважение вашему величеству и вашему клану, — начал он. — Я скромный монах-пилигрим, прибыл в ваши края со священной миссией — очистить землю от злых духов. У меня к вам взаимовыгодное предложение.
— Какие еще злые духи? — хмыкнул Луддич Третий. — И с какой стати вы ищете их на нашей земле?
— О, речь идет о чрезвычайно опасном духе, ваше величество! Это такой зловредный дух, который не успокоится, пока не будет властвовать над всей землей.
— Откуда же он взялся?
— С Абзалета, с проклятой горы, — воскликнул Калайялл Гарс, потрясая в воздухе сжатыми кулаками. — Впрочем, теперь с горы снято проклятие, — продолжал он. — Я об этом позаботился. Я изгнал из земных глубин злого духа, но оказалось, он обладает невиданной силой. Он ищет себе новое пристанище и не успокоится до тех пор, пока я не нанесу ему последнего удара.
Лирап-Луддич изумленно вздернул густые брови.
— Вы хотите сказать, что изгнали дух из святой горы? И вам это действительно удалось?
— По крайней мере, я снял заклятие… Я только орудие воли Господа нашего Браска.
Молодой вождь многозначительно взглянул на старика отца.
Если то, о чем рассказывал священник, правда, то он и сам не понимает, на что замахнулся и какую кашу заварил.
— Значит, по-вашему, дух горы перекочевал в наши леса? — переспросил Лирап-Луддич.
— Без сомнения, — уверенно заявил Гарс. — Ему удалось ускользнуть от меня, и теперь он обосновался где-то поблизости. Я кожей ощущаю его присутствие. Вашим лесам угрожает большая опасность. Вот почему я решил обратиться за помощью к вашему величеству. Злой дух может легко перекочевывать с места на место. В этой чаще мне ни за что его не отыскать, а вы сможете… И поверьте, я сумею вас отблагодарить!
Лирап-Луддич презрительно фыркнул. Пришелец сам не понимает, с чем имеет дело. Если все, что он рассказывает, не выдумка, для рэнсников — это просто подарок судьбы, и они легко ударят по рукам.
— Что же вы можете предложить? — поинтересовался молодой вождь, насмешливо глядя на причудливое одеяние чародея.
— Пятьсот золотых слитков вперед, — сказал Гарс, скрестив на груди руки, — и пятьсот после того, как вы сделаете свою работу.
— Тот, кто предлагает за поимку духа тысячу монет, наверняка готов заплатить вдвое больше, — спокойно произнес Лирап-Луддич, доставая из кармана курительную трубку.
— Злой дух будет досаждать вашим землям, как досаждал горе Абзалет… Одна тысяча и двести золотых!
— Сдается мне, что вы лично заинтересованы в этом деле, — заметил Лирап-Луддич, набивая трубку табаком. — Не мы обратились к вам за помощью, а вы к нам… Тысяча семьсот пятьдесят!
— Полторы тысячи, — сказал чародей.
— Я вижу по вашим глазам, что вы в отчаянном положении, ваше преподобие, — усмехнулся молодой вождь. — А отчаявшиеся люди готовы заплатить любую цену… Поэтому тысяча семьсот золотых, и не меньше!
— Пусть будет по-вашему, — вздохнул чародей, кусая губы. — Да благословит вашу душу Господь наш Браск!.. Семьсот монет вперед, а остальные после того, как вы его найдете…
Лирап-Луддич кивнул и, сунув мундштук в зубы, чиркнул спичкой и принялся раскуривать трубку, прикрывая ее ладонью. А раскурив, отбросил потухшую спичку в темноту.
— А что мы, собственно, должны найти, позвольте полюбопытствовать? — спросил молодой вождь.
— Точно не могу сказать, — затруднился с ответом чародей. — Но от опытного глаза это не укроется. Там, где этот дух находит пристанище, появляется дурная, противоестественная аура. Чтобы сказать наверняка, я должен увидеть это собственными глазами. Прикажите своим людям, чтобы мне сообщали обо всем странном и необычном.
— О, в наших лесах много странного и необычного, — покачал головой молодой вождь. — Особенно для чужаков.
— Пусть сообщают обо всем, что покажется странным самим местным жителям, — сухо сказал Калайялл Гарс.
Лирап-Луддич пососал трубку и выпустил извивающееся кольцо дыма.