— Кажется, другого выхода у нас нет. К тому же там остались Трантль с Тряпичником…
— Если они вообще живы… Кто были нападавшие? Может, люди Луддича?
— Понятия не имею, — фыркнул Локрин. — Может, обыкновенные охотники. Никогда не поймешь, что у этих рэнсников на уме… Если снова придется карабкаться наверх, это может занять у нас полдня.
Тайя всхлипнула и отвела глаза. Локрин с удивлением взглянул на сестру и осторожно присел рядом. Девочка поспешно отвернулась, ее плечи затряслись от рыданий.
— Что нам теперь делать? — горестно воскликнула она. — А вдруг Дрейгар и правда погиб? Мы даже не знаем, где находимся. Да еще мама с папой оказались заперты в этой проклятой горе!.. Я больше не могу! Я хочу домой!
Пытаясь успокоить ее, Локрин обнял девочку за плечи, но чувствовал, что и сам теряет присутствие духа. Особенно его угнетал вид рыдающей сестры, которая раньше никогда не унывала и перед которой он всегда хорохорился, старался выглядеть храбрецом. Теперь он мог рассчитывать лишь на себя.
— Перестань, пожалуйста… Все будет хорошо, — неуверенно пробормотал он, сам не веря в то, что говорит.
Локрин обнял сестру, а она прижалась к нему. Оба черпали энергию друг у друга.
— Все будет хорошо, — повторил он. — Но здесь оставаться нельзя. Может быть, Дрейгар приземлился где-то неподалеку или застрял между ветвей. Давай заберемся повыше и попробуем поискать его сверху.
Тайя кивнула и вытерла слезы. Затем, воспользовавшись способностью мьюнан менять цвет, привела в порядок покрасневшие от слез глаза, и, как бы подтверждая, что она совершенно успокоилась, даже ободряюще похлопала брата по плечу. Удивительное дело: чтобы улучшить настроение, иногда достаточно хорошенько выплакаться.
— Давай изменим внешность, — предложила она.
Локрин кивнул и достал из-за спины сумку с инструментами.
Конечно, обшаривать каждое дерево сверху донизу было делом слишком хлопотным, поэтому они решили обыскать несколько ближайших деревьев. К тому же влезать на дерево куда труднее, чем слезать. Чтобы как-то упростить этот процесс, нужно было использовать любую возможность. Вот почему они занялись конструированием для себя новых тел.
К сожалению, дядюшка Эмос не успел смастерить полный набор инструментов, поэтому Локрину и Тайе приходилось импровизировать: что-то менять или изобретать прямо на ходу. К тому же работать приходилось в сумерках, в тумане. Однако это их ничуть не смутило. Знакомая работа даже взбодрила и успокоила маленьких мьюнан, — как это часто бывает, когда, оказавшись в трудных обстоятельствах, человек принимается за дело, которое знакомо ему с малых лет.
Несколько раз им чудилось, что из леса доносится далекое «ау-у!..», но, когда прислушивались, все смолкало. Только птицы шелестели в листве да мелкие зверушки копошились в кустах.
Мало-помалу, чтобы было удобнее лазать по деревьям, дети вылепили себе новые тела. Ноги укоротили, а руки, наоборот, значительно вытянули. Пальцы на руках и ногах получились длинными и хваткими — с цепкими когтями. Кроме того, у них появилось несколько хвостов, при помощи которых тоже можно было цепляться за ветки. Локрин предложил обзавестись еще и клыками, подобными тем, которыми горные крысы, обитающие в Картранских Горах, ловко цепляются за скалы. Когда он смастерил себе парочку таких клыков, Тайя не удержалась и прыснула от смеха.
— Что смешного? — смущенно пробормотал мальчик, с трудом двигая челюстями с огромными клыками. — Как я выгляжу?
— Ты похож на крокодила, у которого в пасти застряла рогатая коза, — с улыбкой ответила девочка. — Если собираешься воспользоваться своими клыками, то, по крайней мере, сделай потолще шею. Иначе, как только ты попробуешь на них повиснуть, у тебя просто оторвется голова.
Локрин хотел обидеться, но не выдержал и тоже расхохотался. Перед ним снова была прежняя Тайя — насмешница и шутница.
Когда новые тела были закончены, в качестве последнего штриха дети занялись маскировкой, раскрасив себя в зеленые, бурые и темно-коричневые тона. Теперь они практически сливались с травой и листвой.
Складывая магические инструменты в сумку, они услышали какой-то странный звук и, встревоженные, вскочили на ноги. Это было что-то среднее между поросячьим визгом и хриплым лаем. Тишину прорезал один вопль, потом ему ответил другой, третий.
— Это же ганады! — в ужасе ахнула Тайя.
— Они еще далеко, — прошептал Локрин. — И может быть, ищут совсем не нас.