Сердце Алабии
Совершенно безоружная дева насмешливо смотрела мне в глаза. Я повернулась к старейшинам и громко вопросила:
- Я должна сражаться с безоружной?
- Чтоб справиться с тобой, мне не нужно оружие, - дерзко крикнула малая жрица.
Мои щеки запылали. Никто ранее не смел обращаться со мной столь пренебрежительно. Перехватив копье, я осторожно стала приближаться к жрице. Она улыбнулась, картинно отвернулась к старшим жрицам и громко вопросила:
- С этим убожеством я должна сражаться?
Волна злости прокатилась по моему телу. Забыв об осторожности, я с боевым кличем кинулась на жрицу, целясь ей в незащищенное плечо. Дева с легкостью перехвалила копье у самого наконечника. В одночасье я уразумела, что нахожусь в воздухе и падаю головой вниз. Извернувшись, я попыталась приземлиться на ноги, но не успела. Я перекатилась и борзо вскочила на ноги, выхватив из поясной петли топор. По-прежнему улыбаясь, малая жрица не сдвинулась с места. В ее руках было мое копье и, внимательно осмотрев его, она сказала:
- Но хоть за оружием ты следить умеешь!
Отбросив копье за приделы круга, дева крикнула:
- Нападай!
" Вот басалай, как тебе такое?!"
Быстрым шагом я стала приближаться к жрице. Притворившись, будто хочу замахнуться топором, я подбила ногой песок, целясь в глаза жрице. В этот момент произошло что-то странное. Вместо того чтобы попасть ей в глаза, он остановился и резким порывом ветра направился в мою сторону. " Что за кудесные штучки!" Прикрыв лицо рукой, я нанесла удар перед собой топором, пытаясь отогнать от себя жрицу. Ветер стих, я открыла глаза, но ее нигде не было. Тут же я получила обидный удар ниже спины. Я упала вниз головой. Топор выпал и отлетел в сторону. Я услышала голос матери: "Каков позор! Алабия не заслуживает такого правителя!" В голове промелькнула сцена из детства... Мне тяжко давалось выжигать узоры на дощечке. Это занятие требовало особого сосредоточения. Я же была бойким ребенком.
- Ненавижу эту бездушную деревяшку! - я швырнула неудавшуюся работу в сторону. Наказатель (учитель) строго посмотрел на меня. В комнату вошла мать.
- Ты кричала, Агидель?
- Я желаю идти стрелять из лука, а не выжигать эти глупые крючки!
Мать взяла в руки мою работу, оценивающе посмотрела на нее и положила на то же место.
- Эти крючки, как ты глаголешь, несут в себе большой смысл. Они предрекают долгую, крепкую жизнь их обладателю. Узоры на предметах быта, оружии, одеянии - это обращение к богам, и не пристало так пренебрежительно обращаться с ними, - Рослава обратилась к наказателю, - выпороть ее. Двенадцать ударов плетью по спине!
- Нет, матушка! - не оборачиваясь на мой крик, правительница вышла из комнаты.
Челядь схватили меня за обе руки, а наказатель стал хлестать с особым наслаждением...
Во мне вскипела ярость. Вдруг я перестала думать и последовала своим чувствам. Во мне перемешались ярость, боль, обида, глубоко сидевшие внутри. Они вырывались наружу. Плакать я разучилась ещё в детстве, но что-то щёлкнуло внутри. Неконтролируемый крик вырвался вместе со слезами. Я крепко сжала кулаки и, со всем остервенением, ударила по земле. Послышался резкий грохот. Земля содрогнулась, и все, кто наблюдал за боем, в миг упали от сильного скачка. Я посмотрела на малую жрицу. Она лежала на земле, потом привстала на локти и с недоумением посмотрела на меня. К нам подошла Вестина.
-Достаточно! Бой окончен. Жрицы, продолжайте оттачивать свое мастерство, а ты, Агидель, следуй за мной.
Я последовала за старшими жрицами. Убедившись, что мы ушли на достаточное расстояние от посторонних, Вестина вопросила:
- С тобой случалось когда-то подобное?
- Возможно, я не знаю.
- Расскажи нам все, что вспомнила.
- В юности старый ипат учил вои и меня метать ножи. У меня все никак не получалось правильно пустить нож в дерево. Он злился, другие вои посмеивались. Я так разозлилась, что кинула нож с такой силой, что он прошёл сквозь дерево и улетел дальше. Дерево же разрубило на две части. Ипат тогда сказал, что я слишком много метала в одно и тоже место, поэтому дерево упало.
- Силу, что ты испытала, малые жрицы приобретают в день посвящения и взращивают ее всю свою жизнь. Она поддается не всем. Благодаря ей мы возвели купол, управляем стихиями, черпаем мощь природы для усиления своих физических сил. Мы зовем ее ридова сила. Агидель, вступай в наши ряды жриц. Сами боги призвали тебя.
Я поклонилась старшим жрицам.
- Благодарю за столь щедрое предложение, но я не желаю становиться жрицей. Я дщерь Алабии, моя жизнь принадлежит общине. Я поклялась народу в верности.
- Мы принимаем твой выбор, Агидель, но от силы придется отказаться.