Я мирно сидела в кругу вои, собравшихся у костра, и слушала байки одного хвастливого болтуна. Он вел рассказ о былых походах, и как в одиночку героически, но по чистой случайности, одолел отряд противников. Многие посмеивались над ним, но слушали забавы ради, а некоторые вступали с ним в спор, принимая все за чистую монету. Я же видела в этом добрый способ отдохнуть от тяжких мыслей и переживаний. Ко мне подошел гончий и протянул мешковину, запечатанную сургучом.
- Стратиг Агидель. Тебе послание от ипата Игната из земель славной общины Миргант. - Он встал на одно колено, поклонился и протянул мешочек.
- Благодарю, - я сунула ему монету в руку, развернула мешковину и достала пластину из бересты. Отойдя подальше от шумной компании, я принялась изучать символы, написанные угольком:
" Здравствуй, ясный свет Агидель. Спешу уразуметь тебя о делах на землях Мирганта. Аз обосновался с отрядом в глухих лесах, неподалеку от поселения Мирганта. Народ обходит его стороной, полагают," заколдованное" место: оно и понятно, кругом непролазные заросли, дикие звери. Даже разбойники не водятся в здешних местах, посему нас никто не обнаружил. На рынке представился работорговцем и предложил наложниц правителю якобы привезенных из заморских земель. Дев купили представители Дария, что надо. Вои удалось приблизиться к его советникам и уразуметь планы Дария. Он собирается в поход на Алабию, когда распустятся первые листья на деревьях. Также ему известно о наших союзниках, свадьбе Мелинки и о слабом здравие Едвинты из-за потери чада. Аз решил разузнать, кто же посылает ему столь подробные сведения и уразумел. На днях одна из воительниц очутилась в покоях Дария. Там-то и обнаружила послания с подробным описанием событий в Алабии. Ей удалось выкрасть последнее и передать мне. На бересте подпись младшей дщери Рославы, сестра правительницы Лики. В мешковине узришь ее письмена. Абие аз с отрядом возвращаемся в Алабию, будем через пять закатов. Ожидаю нашу встречу, твой верный вои и наставник ипат Игнат."
Я сжала мешочек и ощутила хруст бересты, явно той, что упомянул Игнат. Резким движением я оседлала коня и галопом поскакала к правительскому очагу. У входа меня встретил челядь и, забрав лошадь, сообщил, что Лика в саду. Обойдя очаг вокруг, я вышла в густо усажанный многочисленными цветами и деревьями сад, который только начал оживать после холодной и снежной зимы. Лика и пара дев убирали гнилую листву и обрезали ветви, погибшие из-за холодов.
- Лика подойди, - окликнула я сестру.
Она кивнула девам и, улыбаясь свой милой и нежной улыбкой, направилась ко мне. Я смотрела на Лику и не верила, что столь добродушная и молчаливая, залюбленная Рославой за ее доброту и искренность, дева смогла решиться на столь дерзкий поступок.
- Да, Агидель, ты что-то желаешь?
Я протянула ей бересту, о которой говорил ипат. Сестра бегло посмотрела на неё. Ее очи округлились, лицо побледнело. Лика стояла неподвижно, но ее трясущиеся руцы выдавали страх и безысходность положения.
- Зачем? - шепотом с искренним недоумением вопросила я.
Слезы хлынули, ее голос задрожал.
- Агидель, - Лика упала на колени. - Аз не желала придавать Алабию, аз предана ей всем сердцем.
- Ты уже предала!
- Когда все правители Велицей Общины были в нашем очаге, Дарий встретил меня в саду. Аз была одна, и он воспользовался этим. Силой взял меня, лишил невинности. За молчание велел ему докладывать обо всем, что касается правительницы Едвинты и стратига Агидель.
- Почему ты не рассказала нам о надругательстве?
- Аз боюсь его, Агидель. Он обещал, что больше не притронется ко мне, пока буду доносить о вас. Поначалу глаголила неважное, врала, но он уразумел ложь и вновь надругался надо мной. Аз не желала более жить и после последней нашей встречи решила отравить себя, но, на мою беду, он вновь оказался рядом и не дал закончить эту никчёмную жизнь. Дарий ужасный человек, Агидель. Мне страшно! Прошу, поверь мне...
Сестра обнимала мои ноги и горько плакала. Я подняла ее с колен и ответила:
- Аз верю тебе, Лика. Бедное чистое дитя, ты настрадалась от нашего батюшки сполна, но все же мне необходимо принять меры, ты разумеешь?
Дева нервно покачала головой, вытирая слезы. Тут же за моей спиной встали вои, и я отдала им приказ, который камнем лег на мое итак тяжелое сердце:
- В темницу ее. Запереть до окончательного решения правительницы.
Лика покорно опустила голову и добровольно отправилась с вои.
На моих очах навернулись горячие слезы. Стало больно и тяжело дышать. Я, держась за грудь, наклонилась к земле, пытаясь унять боль. Гнев одолел меня. Крик отчаяния вырвался наружу.