Я вышла из спальницы и направилась во двор к сестре. Лика стояла у телеги и задумчиво смотрела на правительский очаг. Дева казалась встревоженной и грустной, но в то же время в ее очах отражалась решимость. Лика казалась свободной, будто до этого ее тайные переживания сковывали ее во всем: в движениях, реакциях и даже в общении, но сейчас явно ощущались легкость и спокойствие. Новая Лика восхищала и заставляла любоваться ею. Дева будто достигла того заветного для меня умиротворения и нашла то, чего так долго искала. Заприметив меня, сестра вздрогнула и быстрым шагом направилась навстречу. Я тоже подбежала к ней, и мы крепко обнялись.
- Ты со всем справишься, Лика. Ты готова принять новую себя.
- Аз знаю, Агидель.
Мы улыбнулись друг другу и, похлопав по ее хрупкой и такой маленькой спине, я помогла ей сесть в телегу рядом со жрицей. Я взглянула на Юстину. Та довольно наблюдала за нами. Я обратилась к ней.
- Ты вернешься, Юстина?
- Да, я же несу послушание перед богами и старшими жрицами.
-Добро.
Я подала знак воительнице, и телега, издавая режущий скрип, тронулась, постепенно удаляясь в даль. Я смотрела на Лику, а она на меня. Ее образ исчезал, а вместе с ним исчезала надежда о спокойном и мирном житии. Постояв еще немного, не отводя взгляда с горизонта, где только что пропал образ телеги, я ощутила необходимость побыть в одиночестве, чтобы унять нахлынувшую тоску. Я быстро направилась в знакомый мне лес, кий находился неподалёку от крепости. Гридя по знакомым тропам, я дошла до небольшого озера, куда часто приходили на водопой животные. Уйдя в засаду, я стала выжидать зверька, как вдруг на голубую гладь озера опустилась пара уток. Они мирно плыли по воде и что-то бормотали на своем языке. Убедившись, что можно действовать, я тихо натянула тетиву со стрелой, прицелилась и плавно отпустила ее. Стрела пролетела по касательной и только напугала птиц, что заставило их взлететь, взбаламутив воду. Я разочарованно выдохнула и плюхнулась на землю, раскинув руцы по сторонам. Я лежала, наслаждаясь лесной тишиной и думая о сестрах, закрыв очи.
- Как-то худо у тебя получается из лука стрелять, - чей-то голос знатно напугал меня, заставляя подпрыгнуть на месте. Открыв очи, я резко привстала, облокотившись на локти:
- Денияр?! Что ты тут делаешь?
Он небрежно плюхнулся рядом со мной, лег и закрыл очи.
- Прогуливался по здешним местам.
- Странное совпадение.
- Ничего кудесного, кажется, нам просто нравится одно и то же. - он улыбнулся.
- Оставь меня одну! - резко встав на ноги, я, не оборачиваясь, побрела вглубь леса. Денияр поспешил за мной.
- Эй... Что с тобой? - он нежно взял меня за локоть, тем самым попытался остановить. - Разумею, тебя что-то тревожит, так дай волю своему гневу.
Я посмотрела на него, одернула руцы и кулаком другой руки ударила в его широкую грудь. Муж отлетел и ударился спиной о дерево.
- Боги, Агидель, что это с тобой?! -корчась от боли и держась за грудь, муж тяжело дышал.
- У меня земля уходит из-под ног! Мир, кий всегда был моим источником покоя, рушится! Ты разумеешь, Денияр, что такое потерять в одночасье все, что так дорого было тебе, и казалось, что будет с тобой вечно? - я неустанно кричала и выплескивала все, что накопилась внутри. Денияр же спокойно выслушивал, смотря мне в глаза.
- В детстве мы - сестры - пообещали друг другу, что всегда будем вместе. Обещали поддерживать и утешать в трудные времена. И вот они наступили у всех разом, и, забыв об обещании, каждая закрылась в самой себе... Мне больно зреть нас такими беспомощными и слабыми... Единство рухнуло, и с этим нужно как-то жить дальше... - Денияр постепенно стал приближаться ко мне, не отводя сосредоточенного взгляда. В его очах застыло сочувствие. Я же металась из стороны в сторону, и мой гнев начал сменяться на отчаяние, а потом на очах навернулись слезы. С каждым словом их становилось все труднее сдерживать.
- Мать никогда не глаголила со мной как с обычным дитя, а мне так нужно было ее тепло и ласка. Она желала вырастить независимую и сильную духом правительницу. А отец, - я усмехнулась, - желает моей смерти, чтобы заполучить земли Алабии, и вновь на пороге наших земель, чтобы завершить когда-то давно задуманное. Как же противно быть дщерью Дария. Кажется, что аз тоже погрязла в его грязи.
Денияр постепенно приближался. Когда же муж оказался совсем близко, он аккуратно взял меня за персты и потянул к себе, крепко обняв за плечи. Денияр гладил меня по голове, а я не могла остановиться. Слезы катились по моим щекам, а вместе с ними утекала боль и обида, которые так долго копились у меня внутри.
- Агидель, все меняется, ничто не вечно, и эти беды пройдут. Сильные тоже плачут, не стоит стесняться и держать все в себе. Запомни, ты - не плод своего родства, ты - то, что сама вкладываешь в себя. Твой народ нуждается в тебе, он верит и любит тебя. Почувствуй это. Бороться за будущее своей общины - вот твоя судьба.