Подземный ход был тесным только в самом начале, во время затяжного пологого спуска. Потом, когда уклон сошел на нет, стало просторнее, и нам больше не нужно было растягиваться многометровой колонной. Тем не менее, чтобы избежать ненужных потерь, мы не жались друг к другу, сохраняя дистанцию и отведенные каждому участнику рейда места.
В конце спуска слева от входа в туннель мы увидели слегка выпуклую круглую каменную площадку, известную каждому игроку: точку возрождения. Глядя на нее, вздохнули не только прожженные игроки. Все-таки намного легче было бы спускаться в подземелье уверенным в том, что после смерти ты «воскреснешь» на точке, потеряв лишь часть наигранного опыта.
Подземелье было похоже на туннель метро — стены тщательно обработаны, сводчатый потолок, никаких ответвлений и крутых поворотов. Лишь иногда стены неожиданно расходились в стороны и терялись в кромешной тьме, которую не в состоянии были развеять крохотные «Светлячки». Так как перед нами была поставлена определенная цель, обследование пустот было решено оставить на потом.
Мы же продолжали двигаться вперед.
Царившую в туннеле тишину нарушали лишь наши шаги, приглушенное дыхание, лязг оружия, хруст щебня под ногами. Кроме обработанных стен мы не встречали никаких следов пребывания человека или каких-нибудь других существ. Подземелье выглядело словно квартира, из которой вынесли всю мебель, протерли пыль и вымыли полы перед сдачей новому жильцу. Другими словами: складывалось такое впечатление, словно разрабы лишь очертили контуры мира, после чего свернули дальнейшие работы до лучших времен. И глядя на голые каменные стены, мы все больше приходили в уныние: если так и дальше пойдет, нам попросту нечем будет поживиться в этом не доведенном до ума мире.
Неприятности начались неожиданно. Когда туннель сузился, один из «мышей» споткнулся и нечаянно толкнул своего соседа. Тот невольно шагнул в сторону, налетел плечом на стену и… погрузился в нее по самую лопатку. Выкативший глаза «мышь» заорал во все горло, задергался, пытаясь вырваться из страшной ловушки, но камень его не пускал, напротив, медленно, но неизбежно начал заглатывать бьющуюся в истерике жертву. Ему на помощь пришли товарищи, схватили бедолагу за руку, попытались вырвать из объятий вязкого камня. Увы, прожорливая стена не хотела расставаться со своей законной добычей. «Мышь» тщетно пытался отсрочить незавидный конец и напрасно взывал к нам о помощи. Мы ничем не могли помочь несчастному, стояли и смотрели, как он постепенно уходит в камень. Когда исчезла голова, крик оборвался, но нижняя часть тела все еще продолжала извиваться и дергать ногами.
— Да, добейте его кто-нибудь! — послышался голос за моей спиной. Я даже не обернулся, чтобы взглянуть, кто там такой умный. Но и в сторону прожорливой стены я больше не смотрел.
— Минус один, — констатировал кто-то из бойцов.
Остальные молчали и смотрели, кто куда, только не в глаза своим товарищам, словно каждый чувствовал себя виноватым в смерти «мыша».
— Идем дальше, — нарушил тишину хриплый голос Комбата. — Предельное внимание! Смотрим под ноги, ни к чему не прикасаемся, если заметили что-нибудь необычное, говорите сразу, до того, как случится непоправимое.
Смерть «мыша» поразила всех, даже видавших виды бойцов: так нелепо и так страшно умереть, проглоченным каменной стеной.
Дальше шли осторожно, всматриваясь в пол и стены, но это не спасло от очередных потерь.
Каменная плита ушла из-под ног арбалетчиков резко и бесшумно. Оба устремились следом за ней, огласив подземелье долго незатихавшими воплями.
— Всем стоять! — запоздало крикнул Комбат, уже занесший ногу над внезапно образовавшимся провалом. Кто-то из спецов схватил его за ворот и резко отдернул назад.
Потом мы столпились перед разверзшейся бездной шириной более двух метров и глубиной…
— Такое впечатление, будто у нее нет дна, — заметил маг «мышей».
И я был с ним согласен. Крик провалившихся ребят мы слышали секунд десять, но и потом он не оборвался, а постепенно затихал по мере увеличения разделявшего нас расстояния.
Края провала были идеально ровными, но мы видели лишь верхние сантиметров тридцать камня, ниже царила… Нет, это была даже не темнота — черная пустота.
— Минус два, — отметил все тот же счетовод.
Комбат обжег его строгим взглядом, потом обернулся и сказал:
— Мы лишь вошли в подземелье, и уже потеряли троих. Дальнейшее продвижение становится слишком опасным. Поэтому я принимаю решение: дальше пойдут только добровольцы. Остальные могут вернуться назад.