Над мерзкой грудою вились,
И черви ползали и копошились в брюхе,
Как черная густая слизь.
Все это двигалось, вздымалось и блестело,
Как будто, вдруг оживлено,
Росло и множилось чудовищное тело,
Дыханья смутного полно…
У меня не получилось бы сказать лучше.
— Забирай, — кивнул на нее мясник.
— Сколько с меня? — поинтересовался я.
— Так забирай.
Забирай… В карманы что ли?!
И почему я сразу не подумал, как мне тащить ЭТО через весь город?
Спросил у мясника, нет ли у него какой-нибудь подходящей тары — лучше всего с плотно прилегающей крышкой.
Пришлось вернуться к забойному цеху. Мясник вынес небольшой бочонок. С крышкой.
То, что надо.
За бочку, правда, пришлось заплатить двенадцать келхов.
Ерунда.
— Я заплачу еще три фора, если ты поможешь мне уложить в бочку… это…
— За три фора я отрежу для вас самые лучшие куски, — улыбнулся мне мясник.
Пошутил, что ли?
Нет. Он профессионально отделил от туши самые мясистые части, сложил их в емкость и закрыл крышкой.
Я расплатился, подхватил бочонок под мышку и направился в противоположный конец Вейдана. Именно там, недалеко от границы ремесленного квартала с Нижним Асхонелом, находился Древний колодец, известный всякому жителю Сандоры. По пути прохожие оборачивались мне в след, морща носы: то ли я успел провоняться бойней, то ли бочка оказалась недостаточно плотной.
Каменный колодец, перекрытый прочной решеткой, стоял на перекрестке улиц, был обнесен невысокой оградкой и укрыт от непогоды верандой, увитой плющом. Кованая ограда служила чисто эстетическим дополнением к антуражу, а не являлась непреодолимой преградой. Напротив, через кованую же арку без ворот любой желающий мог подойти к колодцу и положить на каменную плиту у его подножия букетик цветов, тряпичную куклу или бросить в стоявшую рядом миску медную монетку. И желающих было предостаточно. Так что мне с моими гнусными планами придется повременить.
Покрутившись в округе, я спрятал свою ношу в кустах на задворках соседнего дома, а сам вернулся к колодцу и тщательно изучил обстановку. Нет, приблизиться к нему незамеченным среди бела дня не получится: уж слишком людно. А значит, придется дожидаться вечера…
Первая попытка не принесла желаемого результата. Впрочем, я особо и не надеялся…
Когда окрестности перекрестка обезлюдели, я выждал еще немного — чтобы уж наверняка, — вытащил бочку из кустов и, озираясь по сторонам, направился к колодцу. Мои опасения были небезосновательны: если кто-то из горожан застанет меня за этим варварским занятием, думаю, толпа порвет меня на сувениры. И это в лучшем случае.
Наполнив легкие воздухом, я затаил дыхание, снял с бочки крышку, специально заготовленной рогатиной вытащил кусок разлагающейся свиной плоти и бросил его между прутьев решетки в колодец. Как я не напрягал слух, но так и не услышал звука падения куска мяса. Вернув крышку на место, я подождал еще немного, а потом отнес бочку в кусты и отправился домой.
Шапшен предупреждал, что с первого раза вряд ли что получится. А значит, завтра мне предстояло повторить попытку.
Но и на следующий день меня ожидало разочарование. Причем, не одно. Утром я решил навестить Галию, однако ее окно оказалось закрыто. Когда я попытался заглянуть сквозь мутноватое стекло внутрь комнаты, с противоположной стороны внезапно появилась злобная физиономия старой гарпии. Тетка раздраженно задернула занавесь, а потом выскочила на улицу и стала звать стражу. Орала она так, словно ее насиловали, поэтому я поспешил убраться подальше с Крутой улицы.
В полдень я заскочил в лавку Феденора. Винеара, естественно, не было дома, поэтому я попросил букиниста передать цанхи просьбу Шапшена о встрече. А заодно спросил насчет книги, о которой говорил Винеар. Феденор вынес плотный фолиант и попросил бережно обращаться с произведением и по прочтении вернуть его обратно.
А вечером я снова околачивался у колодца. Когда начало темнеть, я, борясь с рвотными позывами, бросил в чернеющую глотку пересохшего источника очередной кусок мяса, густо покрытого жирнеющими на глазах червями. На этот раз, правда, из глубин колодца до меня донесся едва различимый стон. А может, это разыгралось мое воображение. Так или иначе, но время, потраченное на ожидание, прошло без пользы, и я поспешил вернуться в Нижний Асхонел до того, как закроются внутренние ворота.