«Маффас… Подлая змея…»
Вот кого он с удовольствием придушил бы собственными руками. Однако сделать это будет, пожалуй, даже сложнее, чем справиться с Тенью.
Лишь к вечеру третьего дня в комнату вошел ученик Ингуса и сказал:
— Духи нашли Тень.
Сердце Растифа гулко застучало: наконец-то!
Ищейка спустился на первый этаж. Хранитель традиций сидел там же, где всегда. Казалось, он никогда не покидал своего кресла: ни ел, ни спал, но был при этом бодр и свеж.
— Можешь взять Изумрудную улитку и, как только стемнеет, мои люди проводят тебя до дома, в котором прячется Тень. Они помогут тебе справиться с духом-убийцей. После чего тебе придется покинуть мой дом. Тебе помогут выбраться из города, и ты навсегда забудешь о нашем существовании.
— Вы итак много для меня сделали, — не стал спорить Растиф. Главное — уничтожить Тень, а с Маффасом он разберется потом, когда улягутся страсти и Ищейка снова вернется в Сандору…
Хозяин Тени, а значит, и она сама, обитал на Тихой улице, расположенной — кто бы мог подумать! — в паре сотен шагов от дома Ингуса.
Четверо мужчин вышли в город, когда на небе появилась луна. У всех без исключения единственным оружием являлся нож. Заклинатели были плохими бойцами, если дело касалось противников из рода человеческого. А Растиф потерял свой меч в Междумирье. Впрочем, дичью в предстоящей охоте выступал не человек, а дух, и ученики Хранителя традиций знали, как себя вести в подобных случаях. А Ищейка нес в мешке Изумрудную улитку — проверенный в бою артефакт, способный справиться даже с самыми сильными порождениями Центалы. Он же был готов вступить в схватку с хозяином Тени, обитавшим в доме, как следовало из наблюдений духов, в одиночестве.
До цели добрались без происшествий. Один из Заклинателей пощелкал ногтем, и из темноты переулка медленно выплыл сизый бесформенный сгусток, заставив Растифа вздрогнуть.
«Дух — будь он проклят!»
Меняющий форму комок приблизился к подозвавшему его Заклинателю. Тот прикоснулся к сгустку, постоял так немного, а потом отстранился дав возможность духу скрыться в темноте.
— Они в доме: Тень и ее хозяин. Больше никого нет, — тихо сказал ученик Ингуса.
— Так войдем и расправимся с обоими, — предложил Растиф. Он достал из мешка Улитку, к которой Заклинатели приспособили ремни, и артефакт теперь удобно висел на шее, не стесняя движений.
— Как скажешь.
Самый молодой постучал в дверь.
Никто не открыл.
Заклинатель постучал снова.
— Берегись! — крикнул вдруг другой, глядя куда-то вверх.
Растиф задрал голову и увидел скользившую по крыше дома тень… Нет… ТЕНЬ. Это была она — вне всякого сомнения.
Поняв, что ее присутствие раскрыто, Тень соскользнула в переулок и коснулась брусчатки там, где только что стояли Заклинатели, шарахнувшиеся во все стороны.
Ученики Ингуса действовали слаженно и спокойно. Они разом запустили пальцы в висевшие на поясах мешочки, а потом так же дружно бросили в духа по горсти какого-то мелкого порошка, окутавшего Тень плотным облаком. Затем один из Заклинателей вытащил из-под плаща тонкую сеть и набросил ее на Тень, покрытую мельчайшими сверкающими зернами ритуального порошка. К удивлению Ищейки сеть не упала на землю, а плотно охватила черного как ночь духа, лишая его подвижности и воли. Второй тем временем обошел Тень по кругу, посыпая брусчатку более грубым — белым — порошком. А в руке третьего появилась трещотка, издававшая при трении режущие слух звуки.
Ритуал был успешно завершен. Один из Заклинателей приблизился к Тени, держа в руке засушенную веточку вербы. Бормоча что-то под нос, он прикоснулся прутиком к духу и…
…сложился пополам, когда Тень вонзила ему в живот его же собственный нож.
Резким движением она рассекла тонкую сеть, распласталась по земле и растворилась в темноте переулка. Однако в следующий момент Тень выросла позади опешившего Заклинателя с трещоткой в руке и отточенным движением перерезала ему горло. Третий ученик Ингуса попятился назад, развернулся и побежал. Но Тень настигла и его, несколько раз вонзив в спину острый ритуальный клинок.
Все это произошло настолько стремительно, что Растиф не успел никак отреагировать. Лишь когда Тень, покончив с тремя Заклинателями, направилась к нему, он провернул рукоять Улитки.
По телу артефакта проскользнули знакомые молнии, а из раструба донесся спасительный треск.
Но звук, приводивший в трепет самых могущественных духов Центалы, оказался бессилен против Тени. Она продолжала спокойно — пожалуй, даже нарочито спокойно — приближаться к Растифу, с каждым шагом становясь все чернее и плотнее. А к Ищейке подошел уже человек — высокий, уверенный в себе, мрачный. Опустив на рукоять Улитки свою ладонь, он посмотрел на Растифа единственным глазом и…