Предвкущающе ухмыльнулась, внутренне потирая лапки, а мой демоненок стал отплясывать ламбаду. Как раз в этот момент дверь подъезда распахнулась, Костя подошёл ко мне, обнял за плечи и мимо шлагбаума увёл за территорию комплекса, хитро улыбаясь и было от чего. Он сам выглядел великолепно, а приехал сюда на шикарном лимузине. Я вопросительно подняла брови, он с ухмылкой открыл для меня дверь и помог сесть в салон, садясь напротив меня.
– Удобно, когда у тебя есть свой автосалон , – я улыбнулась, закидывая ногу на ногу, демонстративно. Взгляд Кости тут же переместился к моим коленками, а я подумала, как же хорошо, что я решила надеть сегодня именно чулки, вместо привычных коготок. Ещё чуть ногу поднять и будет виден край чулок, но припасу это на будущее, сейчас рановато. – Но я все же больше фотограф, чем бизнесмен.
– Да? А так и не скажешь, – высокомерно оглядела его с ног до головы. – Но если это так, то ты хороший актер, держишься в этом амплуа уверенно, – чуть прищурила глаза, не отводя взгляда от карих глаз. Мужчина сам улыбался, в глазах искрилось озорство. И мне вдруг стало интересно, как его глаза изменяться от злости, ярости или возбуждения. Пока я видела четко только веселье. Хоть парень и производил впечатление этакого шутника-затейника, уверена за этим скрыто нечто большее, возможно, даже темное, потаенное, желанное мне.
– Кто бы говорил, – усмехнулся он, тоже закидывая ногу на ногу. Я машинально вздернула бровь. – Выглядишь ты очень неприступной, сильной, непокорной девушкой. На твоем лице можно прочитать эмоции. Легко считывается ирония, раздражение, игривость, азарт, но ничего не отражается из этого во взгляде. Говорят: глаза зеркало души. Твоя душа будто лед, пустота.
– Очень проницательно, – усмехнулась я и поймала себя на том, что он не отрывается от моих глаз. Тут же стала серьезной, понимая бесполезность моего притворства. Похоже, меня раскусили. И кого-то мне это напоминает. Снайпера, например. Тот тоже виртуоз в считывание людей. Вспомнить хоть его эту фразу: эта нежная улыбка, которой в глазах нет и следа. Они явно с Костей из одного теста. Но если от Глеба хотелось сбежать, то от Кости нет. Может, даже, из-за того, что он с виду кажется простачком. Снайпер же сразу показал свою серьезность. – Может правда, что моя душа лед? Что с того? – очень провокационный вопрос. Костя отвернулся к окну, несколько минут молча, смотря в окно. Потом стукнул в черное стеклышко позади себя, тут же по салону поплыла еле слышная мелодия. Расслабляющая. Он вновь посмотрел на меня и я различила в его глазах другую эмоцию: уверенность, напористость.
– Тогда я обязан этот лед растопить, – и судя по тону голоса, отступать он не намерен. – Хочу увидеть твои эмоции, почувствовать их, ощутить на коже, – боже, как поэтично, уже этому можно покориться. Думала, что он не на ту напал, но следующие его слова поразили меня в самое сердце. Выбили из колеи. – У тебя только одна эмоция настоящая: желание. Тогда в клубе, у тебя в глазах горело пламя. Ты мастерски управляешь своими эмоциями, скрываешь их ото всех. Не хочу, чтобы и от меня скрывала. Не хочу видеть в твоих глазах заинтересованность мной только в сексуальном плане.
– Почему? – еле слышно спросила я, потому что дыхание перехватило. Мне никто такого не говорил, никогда. Он будто забрался под корку льда, покрывающую осколки моего сердца. Он понял меня, как никто не понимал. Никто, кроме брата и друзей не видел во мне личность, особенно мужчины. Они видели только объект влечения. Да, я этому поспособствовала, конечно, но только потому что это единственное, что их волнует. Их всех волнует только это во мне, кроме Кости. Вот так открытие.
– Потому что я вижу в тебе человека, – я вздрогнула. Он будто мысли мои прочитал. Но посмотрев в его глаза, я поняла, что это то о чем он думает, это искренне. – По правде говоря, я наблюдал за тобой. Там на набережной. Я сам часто там бегаю, никогда не обращал внимание на окружение, но тебя заметил. Ты всегда холодна, задумчива. Всегда, при любых обстоятельствах. Что бы не случилось, ни одной эмоции. Это зацепило, так что теперь от меня тебе будет тяжело отделаться, – он засмеялся, а я выдохнула:
– Не боишься разочароваться?
– Не боюсь, – он резко стал серьезным. – Я знаю, ты особенная, возможно даже сама не осознаешь насколько.
«Для меня особенная», – подумал Костя и улыбнулся от этой мысли.