Спровоцировавшего меня придурка отправили в лучшую больницу к лекарям, а меня тут же взяли под стражу. Не хочу вспоминать ту ночь в заключении…
А еще сильнее хочу забыть тот фарс, что устроил Император на суде.
Да, поединки между драконами случались, когда возникали споры, на которые не могли найти решение, или не было закона с однозначным трактованием. Да, несколько лет назад Император запретил поединки, которые он лично не одобрил. С тех пор поединки стали редкостью.
И нет, наш поединок не был разрешен, мы просто вышли из зала, где случился конфликт, обернулись и тут же взмыли ввысь. Я не думал, что моя горячесть и жажда что-то доказать сметет напрочь здравый смысл в моей голове.
Дракон бил хвостом и требовал немедленной драки.
Но наказание за такой проступок оказалось несоизмеримым, хоть все остались живы!
Йорменг был серьезно покалечен, прогноз полной регенерации был не меньше года, но мне казалось, это прогноз с запасом. И что такое год, когда драконы живут очень долго, вон Императору скоро тысяча лет должна будет исполниться, самый известный долгожитель Империи. Моему отцу скоро пять сотен будет.
Я после той драки в воздухе, вообще на следующее утро был здоров, только голова немного шумела, все же и соперник меня успел немного потрепать.
Но Император вдруг решил провести показательную порку за непослушание… Суд состоялся в тот же день, сразу после ночи в заточении. Мера пресечения была объявлена в пятьдесят лет изгнания из Империи, и прямо из зала суда я был перемещен на Землю. Я даже за помощью к отцу не успел обратиться.
Первое, что я увидел, когда очнулся, — направленный на меня ствол.
Глава 12 По дороге налево
Я понятия не имел, почему так нагло на меня смотрел простой человек.
Это было очень странно, непривычно.
Едва очнувшись, я сразу почувствовал, что в этом мире отсутствует магия: дракон огрызнулся и стал укладываться в спячку, объявив, что ничего интересного для него здесь нет. Запахи неприятные, незнакомые, дышать трудно, подпитки нет.
В зал главного суда Империи меня привели в простых брюках и белой свободной рубахе, по традиции на суд любой дракон приходил в простой одежде. Так император желал показать, что перед законом все равны. Как же…
Мой внешний вид не удивил стоящего надо мной человека, хотя я точно был одет совсем не так, как он.
— Ты, блять, кто такой? — Человек дернул пистолетом.
Я вполне его понял. Хорошо, хоть язык учить не придется — это была первая ясная мысль на чужом наречии, оформившаяся в моей голове.
Быстро оценил обстановку.
Темное помещение, старое, с неприятными запахами, выход один, и он за спиной того, кто задал вопрос. Окон нет.
У человека была странная стрижка, а его руки до локтя украшены боевым рисунком. Переплетение змей и клинков. У стены справа стояли еще двое мужчин, не такого боевого вида, но тоже агрессивно настроенные.
Трое людей. Стало интересно, остались ли со мной навыки боя, но для начала можно попробовать разрешить ситуацию миром. Как тут отнесутся к «преступнику», еще вопрос, поэтому я решил, что не стоит говорить правду.
— Я не помню. Очнулся, а тут вы.
— Да ладно?! Не помнит он! — Человек ухмыльнулся и выстрелил.
Жгучий укус в плечо и по белой рубахе поползло пятно крови, боль была сильной, но терпимой, а возможности для переговоров растаяли.
Тогда я понял, что эта черная металлическая штука в его руках опасна, и нужно ее отнять.
Конечно, не так красиво и легко, как я мог бы это сделать на привычной мне арене, но все же вполне достойно среагировал.
За несколько секунд я успел ударить его по ногам, уложить на пол и выхватить опасную штуку. Обидчик лежал мордой в холодный пол, а я прижимал к его спине черный металл, что недавно был направлен на меня.
— Сука! Ты хоть знаешь, на кого ты руку поднял? Тебе не жить! — завопил человек подо мной.
Двое других уже достали свое оружие и нацелили его на меня, они были явно не готовы к такому развитию событий.
— Э… мужик, а ну положи игрушку. Быстро!
Но я не стал этого делать и ждать, тоже не стал. В голове молниеносно появилась картинка, как на курок нажимал обидчик. И сделал то же самое, подняв оружие и выстрелив обоим стоявшим мужчинам в сердце.
Ну… по крайней мере, я надеялся, что сердце у них там же, где и у меня. Две фигуры рухнули у стены, одна за другой.