Мое сердце уходит в пятки с первой же секунды разгона лифта вверх, я прислоняюсь к стенке, наблюдая как быстро меняется подсветка кнопок, все быстрее подбираясь к самой верхней.
Когда лифт останавливается, Павел протягивает мне белую пластиковую карточку.
— Это твой ключ. Первый, последний и тридцатый этажи. Также ключ откроет двери в подземный переход между зданиями.
Он держит ее достаточно долго и ждет, пока я соображу, что ее нужно взять в руки.
— Хорошего вечера.
Павел ставит пакеты на пол холла за дверями лифта, и я понимаю, что дальше он не идет.
— Спасибо.
Делаю вдох, сжимая в руках карту-ключ, и выхожу сама.
Дверь лифта закрывается за мной, а я оглядываю пространство, понимая, что тут нет длинного коридора отеля и гостиничных номеров. Здесь большой холл с диванчиком у стены, темного оттенка серая штукатурка стен, светлые мраморные плиты на полу, широкий белый плинтус и белая арка, через которую я осторожно прохожу в зал.
Огромное помещение светло-серых оттенков, высокий потолок, современная лаконичная мебель, зона кухни, столовая и пространство для отдыха с огромным п-образным диваном из светлого велюра. На стене перед ним огромный экран, по которому сейчас без звука идет рекламный ролик шоу Кирилла Ярова. Но мне кажется, что куда интереснее вид, который открывается из огромных окон: от пола до потолка одна стена этого большого помещения полностью из стекла. Она настолько чистая, что мне сейчас страшно к ней подойти, кажется, ее нет.
Прохожу через все пространство до дивана. Вдоль плинтусов у пола линия подсветки и работающий телевизор не перебивают вид из окна. Вечерний город полон огней, на черном небе мерцают пронзительные точки звезд. Это красиво, и я стою у дивана, не решаясь приблизится к окну, но не отвожу от картины города глаз.
Мое зависание прерывает звук входящего сообщения.
«Надень то, что выбрала»
Я оглядываюсь и вслушиваюсь, но в огромной квартире тишина. Ищу взглядом видеокамеры и не вижу. Сердце стучит, слышу его.
«Надень, Ангелина»
Он точно наблюдает за мной! Его нет в помещении? Это… такая прелюдия?
Я не могу назвать себя стеснительной, но раздеваться вот так, перед целым городом и наблюдающим за мной мужчиной, я не могу. Мне становится жарко, я прикладываю руку к груди и выпрямляю спину, делаю глубокий вдох.
Собираю свою рассыпавшуюся вмиг решительность и возвращаюсь к дверям лифта, к оставленным там пакетам, по дороге открывая и заглядывая в еще несколько дверей в стене, на которую я не обратила сразу внимания. Изучаю, что еще есть в этой огромной квартире.
Спортзал, спальня, в ней две двери, видимо, гардеробная и санузел, кабинет, техническая комната с большой раковиной, стеллажом с бытовой химией, инвентарь для уборки.
Подойдет!
Забираю пакет и возвращаюсь в самое маленькое и простое помещение.
Мои пальцы дрожат, я не сразу застегиваю корсет. Осторожно расправляю накидку и надеваю ее. Не меньше минуты смотрю на красивые туфли, прежде чем встать на каблуки.
Ладно, пора уже сделать это, Ангелина!
Я не понимаю, что это за игра. Почему нельзя было просто прийти самому, зачем все это?
Во вне помимо страха тонкой ниточкой вьется сейчас злость на Кирилла.
Сжать кулаки, разжать пальцы, еще раз. Все, я готова. Открываю дверь.
Глава 21 Сама
Ровно в тот момент, когда я закрываю за собой дверь технической комнаты, раздается легкий дзынь и звук разъезжающихся дверей лифта.
Сначала мне хочется бежать, а потом понимаю, что если даже охранник Павел не пошел со мной на эту территорию, то вряд ли это будет кто-то, кроме хозяина.
Так, собраться, расправить плечи, унять дрожь, что пронеслась по телу!
Разворачиваюсь в сторону арки и делаю решительный шаг к светлому холлу. Останавливаясь в проеме, обхватив локоть одной руки другой, и смотрю на мужчину, что вышел из лифта.
Кирилл Яров стоит с телефоном в руке, двигая пальцем по экрану, а потом поднимает голову и видит меня. Хозяин дома прищуривается, осматривает своим прожигающим взглядом, от которого на руках волоски встают дыбом.
- Пожалуй, это лучший вид, что встречает меня здесь за последнее время.
А мне кажется, что сытый хищник вернулся в свою берлогу, и хочет лениво поиграть с жертвой. Нет, так думать нельзя. Я не буду чувствовать себя жертвой, я справлюсь, я прогнусь, но не сломаюсь.
Он подходит совсем близко, но не трогает, а я дергаюсь внутри. Не знаю, как должна вести себя любовница, что меня сейчас делать?