— Иди, я тебя подожду, поговорим. Хоть одну приятельницу я хочу заполучить перед тем, как шагнуть в серпентарий, — Лола смеется неожиданно тоненьким хихиканием, так не подходящим ее образу.
Я беру паспорт и следую за приглашающим взмахом Дины.
Новая для меня комната похожа на кабинет: ряд шкафов с папками вдоль стены, офисный стол с компьютером и приставным столиком переговоров. Перед ним два стула, на один из которых я и присаживаюсь.
— Паспорт!
Все же в этой женщине чувствуется привычка командовать другими, и ей доставляет удовольствие показывать свою власть.
Протягиваю документ, все еще сомневаясь, что поступаю правильно. Потому что хоть чувство опасности и отпустило меня, но теперь я не уверена, что бегство от одного мужчины не приведет меня к сложной ситуации с другим.
Дина передвигает мне документы, а сама, пролистав мой паспорт, фотографирует его.
— Ставь подписи, — Протягивает мне ручку.
Я не буду ничего подписывать, не прочитав, поэтому откладываю ручку в сторону, склоняясь над листами. Пытаюсь понять текст: контракт на сезон, сроком на год, но если стороны не объявили о расторжении, то он пролонгируется; права и обязанности, здесь про дисциплину на репетициях и выступлениях, конфиденциальность и штрафы за нарушения...
Вижу строчку с суммой зарплаты, рука сразу тянется поставить росчерк. Мне хватит этих денег не только, чтобы платить за комнату, что я успела снять, но и… Отличное предложение. Однако я не спешу и продолжаю читать весь текст до конца.
Дина хмыкает, кладя передо мной паспорт.
— Извините, я не понимаю… — Чувствую растерянность.
В приложении к основному договору написано, что я согласна оказывать услуги интимного характера только для владельцев золотой карты клуба и только на территории помещений, принадлежащих Кириллу Ярову.
— Что это? — поднимаю в воздух листок.
Ухмылка сходит с лица Дины, теперь я вижу раздражение.
— Программа лояльности. Ты, так же, как любой сотрудник клуба, становишься ее частью. Если гость, имеющий этот уровень, пожелает тебя, то ты оказываешь такую услугу.
— Нет…
— Да. И девушки, приходящие сюда на просмотр, обычно в курсе. Ты с луны свалилась, Ангелина? Золотая карта — это высокий уровень возможностей: очень богатые мужчины, большинство из них не афишируют наличие такой карты перед членами семьи, но время от времени приезжают не только посмотреть на шоу или бои. У нас есть специальное меню, по которому особенный гость может выбрать и заказать услугу. Сотрудник клуба исполняет интимные желание такого гостя и получает пятьдесят процентов от стоимости. Хочешь ознакомиться с прайсом?
— Нет!
Я вскакиваю, потому что продолжать сидеть рядом с Диной я не могу.
— Все, что происходит в клубе, остается в его стенах. Безопасность для сотрудниц, медицинское сопровождение за счет компании, хорошая оплата. Так что хватит ломаться, подписывай… ну или не подписывай…
Подбородком указывая мне на дверь, женщина снова усмехается.
Куда я попала?
— Мне это не подходит!
Хватаю паспорт и выскакиваю за дверь.
Где мои вещи?
— Ангелина, детка, ты чего?
Лола смотрит на меня, широко раскрыв глаза, пока я мечусь по комнате в поиске своей куртки. Я не помню, где ее оставила! Возможно, в зале?
— Остановись и объясни, что случилось? — Девушка мягко перетекает со стула вверх, и встает передо мной. — Ну?
— Я не буду проституткой.
Лола смеется.
— Ты не знала про Золотые карты или вообще не знала, куда шла на работу?
Именно! Я так мало знаю, что постоянно влипаю во что-то неприятное. По паспорту мне девятнадцать. Но я не знаю, сколько мне лет, потому что моей памяти только год. Кем я была до этого, я не понятия не имею.
Анастасия считала, что у меня было хорошее образование в прошлом, потому что я могла читать на нескольких языках, вдруг вспомнить и рассказать интересный сюжет из древней истории или поддержать разговор на философские темы. А ещё растолковать понятными словами чувства людей, как я их вижу.
На самом деле со словами у меня иногда бывают сложности. Что-то не могу объяснить, что-то понимаю иначе, чем все привыкли.
Я не знаю, что ответить Лоле, лишь качаю головой, и она говорит сама.
— Ангелина, в Грэме можно получить все: здесь отлично платят и не обманывают девочек, постановки и костюмы выше всяких похвал. В клуб приезжают люди со всего мира! — у нее горят глаза, она действительно рада, что попала сюда. — Ты пойми, золотая карта Грэма — это роскошь, это очень узкий круг людей. Очень! И, если тебя раз в месяц выберет какой-нибудь шейх или золотой мальчик из столицы, ну, отдайся ему. Получишь и удовольствие, и сумму на счет сразу на следующий день. Поставь отметку «только классика» и тебя точно не пригласят в красную комнату. Здесь все четко: свой врач, отличная служба безопасности. Некоторые девочки работают тут несколько лет! Нет, конечно, если ты замужем, и муж против такой работы, то понятно, уходи.
Мне хочется отодвинуться от нее подальше, и я отступаю, а она наоборот делает шаг ко мне.
— Ты пойм, мы будем редким дорогущим десертом в особом меню, которое не всем по карману. А проститутки для любого желающего гостя тут тоже есть, как везде. Но мы — это совсем другое!
Она оправдывает правила этого заведения с таким напором, что я теряюсь.
Лола наклоняет голову, ее рыжие волосы перетекают на одно плечо, оголяя другое. Я вижу некрасивый шрам, чувствую, что ей было очень больно, когда она получила травму и как долго заживала такая рана. Рубец небольшой, но с кривыми краями.
Девушка понимает, что я рассматриваю отметину на ее плече, и хмурится.
— Если бы я пришла сюда год назад, я не получила бы этого. Так что я не готова заморачиваться идеями высокой морали. Тебе предложили отличную работу, Ангелина, ты прошла отбор. Знаешь, сколько девчонок сейчас готовы разорвать тебя, за то, что ты получила это место?
— Лола, ты оправдываешь все это…
— Будешь дурой, если откажешься!
Она подхватывает большую сумку, лежащую на столе, и я вижу под ней свою ветровку.
— Завтра первая репетиция в двенадцать дня, надеюсь, ты одумаешься. До встречи, детка!
Лола уходит, а я еще несколько минут стою, пытаюсь примерить на себя, что сказала Лола.
Нет, мне это не подходит!
Значит, все вернулось к той же ту же позицию, что и было вчера.
У меня нет денег, через три дня мне нужно съезжать из комнаты, и в любой момент меня может найти Геннадий Коган. От этого мужчины я скрываюсь.