Эта скрупулезность Гзовской в создании исторических персонажей очень нужна была в новом фильме, и, конечно, без каких либо проблем, она сразу же была назначена на исполнительницу главной роли.
Совещание продолжалось. Исполнители всех главных ролей были окончательно утверждены. Главный художник отчитался в подготовке декораций и костюмов, а дремавший до этого момента оператор Сиверсен на вопрос «готов ли операторский цех начать работу?» просто молча кивнул головой. Дмитрий Иванович попросил принести традиционное шампанское и фрукты. Пробка с шумом вылетела из бутылки, и игристый напиток был разлит по бокалам.
После того как все разошлись отдыхать перед началом съемок, в кабинете остались Харитонов и Гзовская.
- Ольга Владимировна, - начал Дмитрий Иванович, опуская пустой бокал на свой стол, - мне очень импонирует ваш стиль игры и работы над ролью. Чувствуется настоящая школа корифеев русского театра. Я думаю, что проблем с исполнением этой роли у вас также не возникнет, а может быть, мы с вами поработаем и в дальнейшем!
Гзовская, все еще держа в руке недопитый бокал шампанского, с нежной улыбкой посмотрела на Харитонова и кивнула головой. За долгие годы работы в театре и кино она научилась больше слушать и меньше говорить. Тем более, когда ей что-то говорили такие мастера своего дела, как Дмитрий Иванович Харитонов.
Дмитрий Иванович продолжал:
- Я слышал, вы здесь с супругом? Владимир Георгиевич уже освоился на новом месте?
- Да, благодарю Вас, Дмитрий Иванович, все в порядке. К нему поступают различные предложения от немецких режиссеров, и я думаю, что он себя найдет, - вполголоса ответила Гзовская.
- Ну что ж, прекрасно! Рад слышать, что у вас все складывается. Мне говорили, что ваш супруг родом из Полтавы? – с интересом спросил Харитонов, откинувшись на спинку своего кресла.
- Да, это трудно забыть, - с широкой улыбкой ответила Ольга Владимировна, - когда он приехал в Москву и попытался поступить в студию к Станиславскому, тот, прежде всего, дал ему задание исправить свой малороссийский говор, который был слышен за три версты.
С этими словами Гзовская допила свое шампанское и поставила пустой бокал на служебный стол.
Харитонов рассмеялся.
- Да уж, да уж, хорошо, что у нас хоть фильмы немые!
- А почему вы спросили о Полтаве, Дмитрий Иванович? – с интересом спросила Ольга Владимировна, прищурив свои прелестные глаза.
- Да, так. Вспомнил, что и моя Верочка также была родом из этого украинского городка.
- Вера Васильевна? Холодная? – с удивлением отреагировала Гзовская.
- Да, да! Вера Васильевна Холодная. Она была моим талисманом, который я умудрился потерять.
Харитонов вздохнул и замолчал. Тишину нарушила Ольга Владимировна.
- Дмитрий Иванович, я пойду готовиться. Роль тяжелая. Надо бы еще поработать.
- Да, конечно! Спасибо вам! – как бы невзначай ответил Харитонов, уставившись взглядом на рабочий стол, заваленный деловыми бумагами и счетами. Гзовская вышла из кабинета, тихонько закрыв за собой дверь. Пусть старик погрустит немного. Иногда для души это ой как надо!
Глава 37. Женечка, Женя, Евгения Владимировна
- А ведь этому старику тогда шел только 37-й год, - с сожалением в голосе произнесла Евгения Владимировна, аккуратно и не спеша разливая липовый чай по нашим чашечкам.
Я внимательно слушала ее, боясь пропустить хотя бы одно слово. С момента моего прихода к этой удивительной женщине, живущей в своем неповторимом мире, я постоянно ощущала чувство гармонии, чистоты и умиротворения. Не знаю, может быть, эту уникальную атмосферу создавали окружающие меня вещи и мебель начала 20-го века, а может быть, старинные фотографии, расставленные на камине, столе и трюмо. Тяжелые портьеры спускались от потолка до самого пола, прикрывая и так ненавязчивый зимний свет из окна. Старинный камин, переоборудованный на современный лад, переливался своими электрическими дровами. Было уютно, тепло и спокойно.