– Сама напросилась!
Эрик схватил Анну за руку и потащил за собой. На полу так и осталась лежать раскрытая книга.
Они выбежали из дома и припустили вниз по холму. Девушка едва поспевала за молодым вампиром, который набрав достаточную скорость, подпрыгнул и превратился в большую летучую мышь. Он бережно подхватил Анну когтистыми лапами, она обвила руками его шею, и они вместе взмыли в высь.
Ветер играл в волосах девушки, дыхание у нее перехватило, по коже побежали крупные мурашки, но она в этот момент чувствовала себя безмерно счастливой, прижимаясь к мягкой теплой шерстке Эрика.
Нетопырь то стремительно набирал высоту, поднимая свою спутницу все выше к звездам, то камнем бросался вниз, заставляя ее сердце замирать от восторга и ужаса, то, расправив крылья, планировал, отдавшись на волю потоку воздуха и любуясь мириадами звезд над их головами. Налетавшись вдоволь, Эрик замедлился и стал плавно кружить над горой, высматривая что-то внизу.
– Где это мы? – спросила Анна, пытаясь проследить его взгляд.
– Сейчас увидишь! – вампир, наконец, нашел то, что искал.
Он повернул крыло, поймал попутный ветер и спикировал на небольшую площадку на вершине горы, заросшую мягким вереском. Едва коснувшись твердой поверхности, Эрик снова принял человеческий облик и опустил Анну рядом с собой.
– Зачем мы сюда прилетели? – спросила девушка.
Эрик взял ее за плечи и осторожно развернул.
– Смотри!
Анна ахнула. Прямо над их головами висел огромный диск серебристой луны. Она была так близко, что, казалось, достаточно протянуть руку, чтобы коснуться ее.
– Как красиво! – заворожено выдохнула девушка.
Они лежали на ароматной траве голова к голове, прижавшись макушками и, раскинув руки, любовались огромным светилом.
– Хочешь знать, почему вампиры боятся солнечного света? – спросил Эрик, покусывая длинную сочную травинку.
– И почему? – оторвала взгляд от завораживающей луны Анна.
– Есть одна легенда… – парень перевернулся на живот, приподнялся на локтях. Так он мог видеть глаза девушки. – Давным-давно, когда мир был еще юн, а звезды говорили с землей, Луна не была такой холодной и безжизненной. Она сияла серебристым светом, потому что была создана из слез богини Ночи – Аэлиры. Она правила темным небосводом, но сердце ее было преисполнено одиночества. Чтобы обрести спутника, она слепила из лунного света первого вампира – Каэла. Он был прекрасен, как сама ночь: кожа его переливалась, как звездная пыль, а глаза хранили мудрость веков. Каэл пил не кровь, а саму тьму, и Аэлира даровала ему вечную жизнь под сенью ее светила.
– Какая красивая история! – воскликнула Анна.
– Это еще не все! У Каэла и Аэлиры родился сын – Видар. Именно его, кстати, считают основоположником древнего клана, куда входят самые чистые и самые сильные вампиры.
– А откуда взялись тогда остальные?
– Дослушай! – строго сказал Эрик.
– Ладно, ладно… – проворчала девушка. – Рассказывай дальше.
– Со временем Каэлу стало скучно и, пока Аэлира спала, он начал спускаться на землю, к людям. Там он встретил прекрасную девушку Киару и увлекся ею. От их любви родилась дочь – Велена. Но Аэлира узнала о похождениях своего возлюбленного и жестоко наказала его. Он больше не мог ходить по земле, обогреваемый ласковыми лучами солнца, потому что солнечный свет отныне стал его злейшим врагом. При соприкосновении с ним, кожа Каэла начинала дымиться и плавится, оставляя ожоги и причиняя нестерпимую боль.
– Хм… Интересно… Но я бы на месте Аэлиры тоже разозлилась. Каэл ведь предал ее любовь!
– Да, – подтвердил Эрик. – Но его любовь к Киаре была так сильна, что он оставил Аэлиру и ушел на землю. Со своей возлюбленной он теперь виделся по ночам, а днем прятался от жестоких лучей солнца. Это, естественно, не понравилось богине Ночи. И она наказала предателя еще строже.
– Еще строже? – Анну завораживал рассказ.
– Да! Когда он в очередную ночь пришел к любимой, то почувствовал нестерпимую жажду крови. Его клыки удлинились и стали острыми, как бритва. Он набросился на девушку и впился зубами в ее шею. Каэл пил кровь и никак не мог насытиться, а когда, наконец, утолил свою жажду, обнаружил, что Киара мертва. Он высосал ее до последней капли.