Анна, спотыкаясь, бежала следом. Слезы разъедали ей глаза, она почти ничего не видела и лишь по звуку хлопнувшей двери поняла, что братья достигли замка.
Когда она вбежала внутрь, там царил полный хаос. Вся семья металась по гостиной, пытаясь оказать помощь пострадавшим. Отец и Марк закрыли своими спинами лежащего на полу Эрика и пытались избавить его от рокового костюма. Мама обрабатывала ожоги старшим сыновьям. И только бабушка Эстер гордо восседала на стуле, сложив руки на груди и с презрением смотрела на происходящее. Она одарила вбежавшую в слезах Анну таким уничтожающим взглядом, что девушка невольно сжалась в комок.
– Он жив? – дрожащим голосом спросила Анна, пытаясь что-то разглядеть через плечо Марка, но никто ей не ответил.
– А я говорила, что от этой девчонки будут одни проблемы! – проскрипела Эстер. – Виданное ли дело…
– Хватит, мама! – перебил старуху Борис. – Сейчас вообще не время!
– Сегодня не время! Вчера было не время! Завтра тоже будет не время! – не унималась Эстер. – Не забудь мне сообщить, сынок, когда оно настанет, наконец!
– Прошу, – простонал Борис, которому наконец удалось избавить Эрика от брезентового скафандра и оценить масштаб повреждений.
– Был бы жив твой отец, этого бы никогда не случилось! – старуха гордо встала со стула и высоко подняв подбородок удалилась из комнаты.
– Как он? – Виктория обеспокоенно смотрела на младшего сына, который то ли уже умер, то ли находился без сознания.
– В костюме оказалась небольшая дыра, – поднял глаза на мать Марк. – Но этого оказалось достаточным…
– Наверное, это мыши прогрызли, – пискнула Анна, до этого тихо плакавшая в уголке.
– Как вам вообще это в голову пришло? О чем вы думали? – Борис встал и устало потер нахмуренный лоб.
– Отец, мама, – всхлипнула Анна. – Я хотела только, чтобы Эрик увидел цветы… и небо…
– А я говорила, – раздался из соседней комнаты скрипучий голос.
– Мама! – хором воскликнули Борис и Виктория.
Анна подошла к распростертому на холодном полу Эрику и опустилась на колени. То тут, то там по его коже были разбросаны очаги волдырей. Его черные непослушные волосы вспотели и теперь сосульками спадали на лоб. Она осторожно убрала мокрую прядку с лица и погладила мертвенно-бледного парня по щеке. Ее соленая слеза упала ему на грудь.
– Прости меня…
– Это ж моя была идея, – простонал Эрик и с трудом натянул на лицо улыбку.
– Жив, – выдохнула Анна. – Ну и напугал же ты меня!
– Давайте перенесем его в спальню, – скомандовал Борис, и братья тут же бросились выполнять приказ. Виктория поспешила следом, чтобы обеспечить Эрику необходимый для выздоровления уход.
Анна, вжав голову в плечи, подняла взгляд на отца. Он смотрел на нее строго, но в глазах не было злости. Только лишь усталость и облегчение. На этот раз все обошлось.
– Поговорим? – предложил он.
Анна кивнула и прошла за отцом в кабинет. Она знала, что разговор будет не из легких. Скоро ей предстояло принять очень непростое решение. Она это знала всегда, но все еще не была готова.
ГЛАВА 3
Кабинет в замке, как и все остальные комнаты, был холодным и мрачным. Темные стены, покрытые деревянными панелями, почернели от времени. Сквозь наглухо заколоченные окна не пробивалось ни капельки солнечного света. Оно, впрочем, и понятно. Солнце было злейшим врагом обитателей дома. По крайней мере большинства из них. Мебель в кабинете была старой и громоздкой, но все еще крепкой.
Стену, находившуюся позади отцовского стола, сплошняком затягивали массивные книжные полки, заставленные древними фолиантами, которые появлялись здесь каким-то непонятным для Анны способом. Скорее всего отец со старшими братьями приносили их из своих ночных вылазок. Но, не смотря на огромное количество книг в доме, истории из маленькой библиотеки в городке нравились девушке больше. Там она могла читать о любви, о дружбе, о приключениях и путешествиях, книги же отца в большинстве своем написаны на непонятном древнем языке, а те, что она могла прочесть, были ужасно скучными.