Шло время. Долголетие толкало жителей на поиск новых удовольствий и впечатлений; здоровье и деньги позволяли это делать, а красота – не знать отказа.
Но никто не понимал, что артефакт не только давал, но и брал… Незримыми потоками текли обратно к Сердцу пороки города. И чем больше совершалось гнусностей, тем более неуправляемым становилось Сердце. Артефакт не был злым или темным. До появления людей он питался простыми чувствами окружающих его живых созданий. Но именно люди открыли для него сладость похоти, лицемерия и гордыни. И в любой момент мог наступить предел, который повлечет за собой непредсказуемые последствия…
Вдруг Галлия взяла Мансора за руку и сказала:
- Ты слышишь? Как тихо.
- Ну конечно тихо, все наконец-то уснули после такой ночи
- Нет, Мансор, ты слышишь? Птицы не поют.
Молодой человек остановился, прислушиваясь, и действительно, в саду стояла просто оглушительная тишина. Он поднял голову и стал напряженно вглядываться в кроны деревьев, он переводил внимательный взгляд с одного дерева на другое, с куста на куст, на цветы…
- Мансор, я не вижу их – услышал он рядом взволнованный шепот девушки – их просто нет
- Они улетели… – ошеломленно заключил он – значит времени не осталось! Я к отцу, а ты, прошу тебя, предупреди Зелфу и остальных. Как только я вернусь, мы покинем город. С собой брать только самое необходимое.
- Я поняла тебя – Галлия заглянула в его глаза с мольбой – возвращайся скорее
Мансор поддался порыву, притянул девушку к себе и приложился губами к ее лбу. Он все еще помнил кинжал у ее горла и поэтому не решился на большее. Галлия обняла его в ответ
- Пора!
***
Отца дома он не застал и поэтому решил направиться во дворец. Хоть и с большим трудом, но охрана пропустила его. Отец, услышав то, о чем рассказал ему Мансор, пришел в ярость:
- Ты что себе позволяешь?! Как смеешь являться сюда и отвлекать меня от важных дел какими-то глупостями?!
- Но отец!
- Не желаю слушать?! Ты совсем рехнулся со своими дружками-бездельниками?! Немедленно ступай отсюда!
- Отец, я уйду. Только прошу, если ты не веришь мне, выслушай Хранителя
- Да, он уже несколько раз просил о встрече, это правда. Но мне сейчас совершенно не до этого. Будет время, навещу его.
- Времени может не быть, отец!
- Я сказал ступай!
Мансор понял, что сделал все, что мог. Теперь его путь лежал к Храму Сердца.
- Хранитель, птицы покинули город!
Хранитель устало прикрыл глаза:
- Я знаю, Мансор. Сфера… - было видно, что Хранителю трудно говорить это – Сфера…В ней появились трещины. Пока они тонкие, но потоки бушуют внутри. Уходи, не теряй время! Спасайся сам и спаси, кого сможешь. Времени не осталось. Его уже нет…
- Я понял, Хранитель. Уходим! – и Мансор побежал к двери. Нужно было еще добраться до дома, вывести домочадцев…Отец…Мансор тяжело вздохнул – он сделал все, что мог для него. Уже практически выбежав за дверь, юноша осознал, что не слышит шагов Хранителя позади. Он резко обернулся. Хранитель стоял там же, где он его оставил
- Хранитель! Мы теряем время!
- Беги, мой дорогой Мансор. Я остаюсь
- Ты не можешь остаться, Хранитель!
- Я давал обет не оставлять Сердце Арлазара, чтобы ни происходило
- Время обетов прошло! Уходим, нужно спасать остальных
Хранитель прикрыл глаза:
- Остальных не спасти, Мансор…Я обращался к жителям с площади, никто не стал слушать. Как жаль, что нам не хватило времени…Как жаль, что только ты один был мне помощником…Как жаль, что мы извратили полученный дар… Беги, мой мальчик! Спасайся!
- Но…
- Я давал обет…- Хранитель направился вглубь Храма. Его фигура утратила свою статность, в ней появилась обреченность.
***
Галлия долго искала Зелфу, но потом ей сказали, что та ушла на базар. Обращаться самой к остальным девушка не решалась – те все еще считали ее чужой в этом доме. Но делать нечего, ждать дальше становилось опасным. Галлия попробовала обратиться к знакомым служанкам и рабыням, которых знала. Но те в ответ только повторяли: «хозяин не приказывал». В конце концов, она решила направиться в свои покои и до появления Мансора или хотя бы Зелфы собрать все, что могло понадобиться в пути.