– И что ты хочешь этим сказать?
– Ее иммунная система уникальна.
– Предлагаешь продать ее фармкомпаниям? За нее могли бы заплатить целое состояние… Хотя через торги это было бы проще.
– Шеф, может, моя команда займется ее изучением? Уверен, результат не заставит себя ждать.
– Зачем тебе это?
– Я хочу разработать линейку моноклональных антител. Если моя гипотеза верна, то мы сможем лечить тяжелые инфекции, аутоиммунные или онкологические заболевания. Возможно, даже создать лекарство от злокачественных новообразований.
На лице Шефа появилась мрачная тень.
– Или мы потратим годы и огромные деньги на исследования, которые в итоге окажутся бесполезными, – сказал он сухо. – Вспомни, что случилось на борту станции CRIS?
Док поморщился.
– Кажется, они все еще на карантине.
– Вот именно. А станция IER? Ее за считаные часы захватил штамм неизвестного заболевания, и вот уже два года она дрейфует на орбите, став необитаемым островом. Никаких исследований. Сосредоточься на главном. У тебя в грузовом отсеке два десятка контейнеров с внеземными существами и пустая Библиотека. Оценивай их редкость, уровень опасности для человека и заноси данные. А поиски "панацеи" оставь земным корпорациям.
Шеф внимательно посмотрел на сникшего Дока.
– Мы поняли друг друга?
Док молча кивнул.
Шеф похлопал его по плечу:
– Тогда за работу. Не забудь, что за 10 суток до стыковки мне нужен полный отчет о грузе. Хватит возиться с кошкой, займись тем, что важно.
Глава: 9
– В кои-то веки выпал шанс потрудиться на благо человечества, а я вынужден возиться в чужом дерьме... – сокрушался Док, готовя палетки с колбами для взятия образцов. Время от времени он бросал тоскливые взгляды на бронированное стекло моей клетки.
– Черт, я бы многое отдал, чтобы превратить свою идею в научный результат! – с отчаянием воскликнул он. Неосторожным движением руки Док смахнул со стола палетку с пустыми колбами.
По полу разлетелись сверкающие осколки.
– Ну что за паршивый день! Или ночь… – пробормотал он, устало потирая шею. Поднявшись, Док подошел ближе к моей клетке.
– Когда еще представится возможность причалить к Fratrrae? – проговорил он, глядя куда-то вдаль. Потом он бросил взгляд на меня:
– Чертов ледяной гигант мешает подобраться к твоей планете, понимаешь?
Стоит отметить, что Fratrrae считалась одной из самых опасных планет. Ее история освоения была полна неудач.
Сатая стала одним из последних космических открытий землян. Когда ученые объявили об обнаружении новой обитаемой экзопланеты, вращающейся в системе с двумя звездами, научное сообщество пришло в восторг. Атмосфера, подходящий температурный режим и вода в виде льда позволили предположить, что планета может стать аналогом Земли.
Предварительные исследования показали, что летом температура на планете поднималась до +15°C. Лед разогревался и таял, превращая планету в похожий на коричневый янтарь мир с туманностями и темными вкраплениями. Такой эффект объяснялся сложным рельефом: массивными скалами и глубокими кратерами.
Ученые быстро выяснили, что Сатая обладает уникальной флорой и фауной. На ее поверхность спустили автономные мобильные роботы, начавшие собирать образцы. Анализ химического состава воды из кратеров убедил исследователей, что планета пригодна для жизни. Ее назвали Fratrrae.
Человек ступил на Сатаю вслед за искусственным разумом. В рекордные сроки там построили научно-исследовательскую и геологоразведывательную станции. Однако они проработали меньше двух недель: ледяные бури уничтожили все за одну ночь. Комплексы превратились в ледяные глыбы, а все системы жизнеобеспечения вышли из строя. Ученые погибли, заживо похороненные в «морозильной камере».
Когда астронавты спасательной миссии вновь высадились на Сатаю, спасать уже было некого.