Обеими руками Виктор обхватил мое тело и рванул вверх. Хватив ртом воздух, он уложил меня на деревянный помост, после чего сам выбрался из воды.
Солнце к этому времени снова скрылось за облаками. Порыв свежего осеннего ветра ударил Виктору прямо в лицо, и он содрогнулся от холода.
Он снова подхватил меня и не отпускал до самой клетки. Следом за нами в немом молчании шагал управитель, держа в руках оставленные Виктором пиджак и туфли.
Грозно задвинулась щеколда. Мрачное лицо Виктора нависло надо мной по ту сторону решетки. Его суровые глаза смотрели мне прямо в душу. Я ожидала, что сейчас из его уст полетят проклятия, и даже приготовилась к неприятностям похуже, но… Весь дрожа от холода, Виктор с шумом выпустил воздух из легких, впервые позволив мне почувствовать свой страх.
Потребовав у управителя свои вещи, Виктор ушел, а я еще долго смотрела на следы, оставленные от мокрых ног.
Глава: 23
До конца дня я решила не злить Виктора.
Я думала, что справлюсь, что я сильнее своих желаний, но все оказалось совсем не так. Мне было трудно без моей Светлой леди. Все мои мысли сосредоточились на Селин, на маленькой девочке с добрыми, немного грустными глазами и холодными руками.
«Вьюга», – мысленно выругалась я и, открыв вольер, нетвердым шагом направилась в сторону дома. Уловив около главного входа какой-то шум, тут же свернула на задний двор, к уже знакомому мне большому бассейну. Миновав бассейн, я остановилась перед могучим дубом с раскидистой кроной. Глядя на величественного царя природы, облаченного в янтарно-желтую мантию, я слушала, как переговариваются его тронутые ржавчиной листья: они шептались о силе осеннего ветра, что нарушал их внутренний мир и спокойствие. Стараясь не тревожить сухие опавшие листья, я пошла дальше.
Сдерживая дыхание, я стояла у наружной двери и вслушивалась в звуки дома.
Когда все стихло, я осторожно надавила на дверную ручку.
Ведомая цветочным запахом, я миновала большую столовую, совмещенную с гостиной и кухней, и поднялась по парадной лестнице на второй этаж.
Эта проклятая лестница отняла у меня все силы. И всерьез недоумевая, зачем люди строят для себя такие огромные жилища, я поплелась по длинному пустому коридору. Остановившись у двери Селин, я вытянула вперед лапу и тихо поскребла.
Мне даже дышать стало легче, когда я увидела свою Светлую леди.
– Ого! – воскликнула Селин, удивленно округлив глаза.
Она протянула ко мне ладонь, к которой я тут же крепко прижалась щекой.
Лицо моей Светлой леди озарила улыбка. Она распахнула дверь шире, позволяя мне пройти в комнату, пропитанную ярким цветочным ароматом. Все в этой комнате было прекрасным: и горшочки с цветами, которые занимали каждый свободный уголок, и большие окна с шелковыми занавесями, и высокая кровать с горой подушек, и даже мягкий пушистый ковер.
– Знакомься, мои зеленые друзья! – с улыбкой сказала Селин, разводя в стороны руки.
Я чувствовала себя счастливой рядом с Селин. Желая показать, как мне интересно все, чем увлекается моя Светлая леди, я ткнулась носом в приятно пахнущий куст с пышной кроной.
– Это дерево счастья, – засмеялась Селин, которой мой жест очень понравился. Однако она тут же стала серьезной. – С ним надо быть очень осторожным, его сок обжигает руки.
Мое внимание привлекло компактное растение, покрытое сухими волокнами.
– Это агава. Она почти никогда не болеет, – сказала Селин и, ласково погладив мясистые листики, тихо добавила: – в отличие от человека.
И тут в звучании ее голоса я уловила что-то, чего не смогла понять, я почувствовала какую-то неуловимую печаль. Но Селин тут же переключила мое внимание на гибкие стебли красивой лианы в подвесном кашпо.
– А здесь у меня поселился сингониум. Его возраст можно определить по листочкам. За год их появляется шесть или семь.
Подвинув стул-стремянку, Селин принялась сосредоточенно считать похожие на сердечки листики.
– Три года и четыре листика, – подытожила она и, глядя на меня сверху вниз, добавила: – Ты знаешь, что этот цветок защищает от всего плохого? Он отпугивает болезни и ночные кошмары.