И тут меня осенило.
Я знала, как спасти Селин.
Молнией сорвавшись с места, я вихрем подлетела к Виктору. Он стоял у окна, погруженный в свои мрачные мысли, не замечая ни метели за стеклом, ни движений вокруг.
Я вскочила на подоконник и зашипела, пытаясь привлечь его внимание. Когда наши взгляды встретились, я мордой указала на Селин и попросила его вызвать Лоренцию.
Виктор нахмурился и медленно обернулся. Подойдя к кровати Селин, он настороженно посмотрел на меня. Я бросилась к нему и, спрятав когти, ударила его лапой по ноге, но в ответ услышала раздраженное:
– Успокойся.
Я зашипела.
Я чувствовала, как нарастает его раздражение. Видела, как напрягаются мышцы на его лице.
– Прекрати немедленно. Ты пугаешь Селин, – его тон стал резче. Гнев вытеснил усталость.
– Папа, почему она так ведет себя? – спросила Селин, встревоженно глядя на меня.
– Не знаю, милая.
Он не понимал. Не понимал моего языка. Не понимал, что я хотела сказать ему.
Я снова попыталась достучаться до Виктора, даже продемонстрировала ему свои клыки.
– Все. Хватит! – приказал он, делая шаг вперед и хватая меня за шиворот. Свободной рукой он потянулся к коммуникатору и вызвал охрану.
– Посидишь в клетке некоторое время, – сказал он, бросая на меня злой взгляд.
Меня не пугала клетка. Замкнутое пространство. И возвращение к тому, что было раньше. Меня пугало то, что у Селин больше не было времени.
Извернувшись, я запрыгнула на кровать Селин, чем сильно ее напугала.
Словно прочитав мои намерения, Виктор выставил руку вперед и угрожающе прорычал:
– Не смей!
В следующее мгновение мои клыки сомкнулись на ладони Селин.
– Ай, – вскрикнула девочка и уставилась на рану, из которой проступила тонкая полоска крови.
– Дьявольское отродье, – взревел Виктор, бросаясь на меня.
Увернувшись от протянутых рук Виктора, я сорвалась с места и, толкнув дверь, выбежала в коридор.
Глава: 36
Я не хотела причинять боль Селин. Ни на секунду. Ее тонкая кожа, пронзенная моими клыками, была для меня как порез на собственном сердце. Но это был единственный способ заставить Виктора немедленно вызвать Лоренцию.
Я знала, что у меня есть меньше часа до ее приезда. И я не хотела терять ни минуты. Моей целью был Георг. Он был человеком с ясным умом и добрым сердцем. Если кто-то и мог меня понять, то только он.
Я молнией пронеслась мимо охранников. Один из них попытался преградить мне путь, но я ловко увернулась. Их шаги и громкие крики эхом разносились у меня за спиной, но я знала все ходы и укромные места этого дома. Это была моя территория.
Добравшись до комнаты Георга, я на мгновение замерла, прислушиваясь к тишине по ту сторону двери. Затем резко ударила лапой по дереву. Как только дверь приоткрылась, я, не дожидаясь приглашения, скользнула внутрь.
Передо мной стоял Георг, уже в домашней одежде. Он явно собирался ложится спать. Его лицо выражало усталость, смешанную с удивлением.
– Вьюга? Что ты здесь делаешь? – спросил он, прищуриваясь. – Что-то случилось?
Я кивнула.
– Ты хочешь объяснить мне? Или я должен догадаться? – произнес он растерянно.
В комнате стояла напряженная тишина, нарушаемая лишь моим шумным дыханием. Хвост нервно бил по воздуху, глаза лихорадочно блестели, а когти скользили по полу в бесполезной попытке выцарапать слова, которые я не могла произнести.
Георг стоял неподвижно, скрестив руки на груди. Он внимательно следил за каждым моим движением, пытаясь понять, что происходит.
– Прости, Вьюга. Ты всегда была умной и осторожной, но сейчас ведешь себя странно, – скал он, нахмурив брови.
Я с силой вонзила когти в пол. Да что ж такое!
– Селин, – наконец сказал Георг, заметив мой приступ ярости. – Это связано с ней, да?
Он тут же поспешил к двери, но я преградила ему путь.
– Вьюга, я не понимаю… – сказал он, разводя руками. – Это связано с Селин, но ты не хочешь, чтобы я шел к ней?